В споре и истина рождается, и скелеты из шкафов вываливаются. Важную информацию по делу Элины Сушкевич и Елены Белой выдала виртуальная пикировка открытыми письмами рассуждавшего про судебное преследование медиков президента ФАР и глубоко погруженного в материалы дела главы Этического комитета РОН. Заказчик не назван, но раскрыты «киллеры».
Глубоко интеллигентный спор двух профессоров с разных сторон «баррикад» начался с интервью президента Федерации анестезиологов и реаниматологов (ФАР) Константина Лебединского, где он оправдывал вал уголовных дел против медиков. Высказался и о деле калининградских врачей: «Боюсь, это будет чрезвычайно негативный прецедент для медицинского сообщества. <…> насколько я знаю, следствие объективно способно доказать факт убийства. И обвинительный приговор в этом случае станет сильным ударом по репутации всего медицинского сообщества»
Уточнив своё отношение: «<…> с точки зрения закона этот судебный приговор будет справедливым. Есть данные судебной экспертизы, есть показания свидетелей, опубликованные в СМИ, где приводится диалог врачей. Они говорили, что в таких случаях обычно вводят младенцам магнезию ещё в родзале. <…> Мерзко тут другое: несчастная мать при свидетелях просила спасти своего ребёнка. Скорее всего, дальше мальчик бы всё равно погиб, но…» Позже, Лебединский сообщит, что высказал своё личное мнение без привязки к ФАР.
Адвокат потерпевших Камиль Бабасов слова профессора опровергнет: «На самом деле, не существует никакой записи разговора Сушкевич с Белой, ни про магнезию, ни по другой теме. <…> Версия про магний есть только в показаниях основного свидетеля обвинения, заведующей отделением новорожденных Татьяны Косаревой <…> была озвучена спустя полгода после смерти ребенка, когда первую версию смерти про “экономию средств” не удалось доказать».
Глава Этического комитета Российского общества неонатологов (РОН) профессор Дмитрий Дегтярёв в открытом письме Лебединскому разобьёт его аргументы, уточнив, что тот не видел материалы дела,потому что «аудиозаписи такого разговора нет», а есть разнос Белой, что «подстрекает своих подчинённых оформить неблагоприятный исход непрофессионального лечения в качестве случая антенатальной смерти», мнение же главы ФАР опирается на заключение «судмедэкспертов следствия, куда входили Ваши питерские коллеги».
Детально изучивший все материалы уголовного дела, Дегтярёв считает, «если бы в последний момент в этот роддом не приехала Э.С.Сушкевич, которая не смогла помочь агонирующему ребёнку, то в материалах следствия имеется слишком много фактов, указывающих на то, что дежурной бригадой (в состав которой входила в том числе врач-неонатолог Кисель Е.А., являющаяся женой Калининградского судьи), а также самой Косаревой были допущены многочисленные дефекты оказания медицинской помощи <…> Что при иных условиях может трактоваться как преступная халатность».
И излагает факты: «Показания Косаревой Т.Н. резко изменились после того, как судебные химики обнаружили значительное (с их точки зрения) повышение содержания магния в органах ребёнка (во фрагментах печени, желудка и почек). Спустя почти полгода <…> “вдруг вспомнила”, как Сушкевич Э.С. под психологическим давлением Белой Е.В. на её глазах (!) решила убить ребёнка, введя струйно 10 мл сульфата магния в пупочный катетер. Правда, кроме самой Косаревой Т.Н. этого факта никто подтвердить не смог, использованной ампулы магния не было обнаружено, прижизненного и посмертного определения концентрации магния в крови или моче ребёнка никем не проводилось».
В заключении разбора случая профессор Дегтярёв задаёт Лебединскому вопрос: «Вы действительно думаете, что часть Ваших коллег могут объединяться в преступные группы и лишать жизни новорожденных детей, пусть даже с минимальными исходными шансами на выживание, ради поддержания цифровых индикаторов на комфортном для чиновников СЗФО уровне?»
В ответном письме глава ФАР громил повсеместную практику сокрытия фактов при необходимости честного признания вины, заключив: «…если обвинительный приговор состоится, то констатировать придётся совсем другое: в рутине работы они допустили непозволительное и грубое нарушение, проскочив на хорошо видимый красный сигнал светофора тонкую в данном случае грань между “задержкой профессионального развития” и преступлением».
По Лебединскому выходит так, что честны не бьющиеся за адекватное расследование члены РОН, ни вступившаяся за калининградских докторов Нацмедпалата, ни переживающий за правду профессор Дегтярёв, ни поддерживающие врачи, а не обидчивый и очень красиво говорящий господин Л.
Больше информации обо всех изменениях, происходящих в российском здравоохранении, вы можете получить на портале МирВрача