О синдроме самозванца

Если честно, я вообще не умею рассказывать о себе и всегда удивляюсь тому, с какой легкостью это делают многие люди. Я же всегда говорю или пишу об этом из-под палки. И начну я вот с чего.

В недавнем интервью Ирина Хакамада сказала, что люди моего возраста, то есть 23-25 лет, сейчас слишком уж инфантильны. В ее времена этот возраст считался довольно солидным, сама Хакамада к тому времени уже была замужем, родила ребенка и училась в аспирантуре. Поэтому известного коуча удивляет, что сейчас люди 25-летнего возраста еще считаются детьми и совсем не хотят взрослеть. И тут я задумалась, насколько это правда? Или просто некоторые молодые люди страдают от той же проблемы, что порой и я – «синдрома самозванца»?

Окончив журналистский факультет в своем городе, я не чувствовала себя профессионалом. На летних практиках, да и после выпуска, мне казалось, что все эти «гуру», корреспонденты с 10-летним, а то и 20-30-летним стажем, гораздо умнее и опытнее меня, поэтому и моя первая работа в информагентстве была большим вызовом и в то же время вызывала какой-то необъяснимый страх. Я думала о том, как меня воспримут мои коллеги и другие журналисты. У меня было четкое ощущение, что для них я выглядела очередной наивной девочкой, которая хотела работать на телевидении, а в итоге ее почему-то взяли на работу в известный новостной сайт, отличающийся своей независимостью и авторитетностью среди всех городских СМИ. Но даже факт того, что меня лично пригласил туда после университетской практики главный редактор и все его фразы: «Ты хорошо пишешь», «Нам нужны такие сотрудники как ты»,- воспринимались мной как какая-то ненужная лесть, а не оценка моих профессиональных качеств. В общем, все это ни капли не прибавляло мне карьерной уверенности, пока не произошел один случай.

Дело было так. Это был один из моих первых рабочих дней, я только начала проходить курс молодого бойца, поэтому меня старались как можно чаще отправлять «в поле», то есть на выездные задания. И вот она очередная миссия: заместитель мэра расскажет о замене бордюров на набережной. Согласитесь, тема довольно скучная, и ничего не предвещало сенсации. Как я и думала, изначально все шло «по протоколу»: что хотят сделать, в какой части объекта, что для этого нужно и так далее. Рассматривая лица коллег в этот летний день, я подумала, какими же они выглядят замученными, бегают за чиновниками из года в год, слушают одну и ту же информацию о благоустройстве города, которая и не особо меняется из материала в материал. Но внезапно заместитель мэра решил внести разнообразие в свою длинную речь, видимо, тоже подумав, что все уже заскучали. И вспомнил он случай недавнего вандализма на этой же самой набережной, когда какой-то гопник сломал недавно поставленную урну, разбросал из нее весь мусор, снял это все на видео и выложил в интернет. Казалось бы, что здесь необычного, власти должны были отреагировать как-то на эту ситуацию, ведь многие люди были возмущены. Все бы ничего, но чиновник, видимо, из-за того что говорил без подготовки, ошибся «в показаниях». Он с гордостью сообщил, что хулиган понесет самое суровое наказание – его посадят на 15 суток в изолятор, вместо того, чтобы потребовать штраф в 500 тысяч рублей (естественно, как потом выяснилось, чиновник ошибся, и штраф должен был оставлять около 5 тысяч рублей). И тут я совершенно растерялась, но мне, к своему стыду, не хватило смелости переспросить, правда ли для хулигана отсидеть 15 суток страшнее, чем штраф в полмиллиона рублей? Удивительно, но никто из моих опытных коллег этот вопрос не задал, все так и разошлись. Скандал разразился позже. После публикации этой новости на сайте, начались гневные звонки из мэрии с требованием немедленно удалить этот материал. Мой редактор так этого и не сделал, защитив меня и сказав, что у нас есть подтверждение всей информации, записанное на диктофон. Ошибка чиновника меня не удивила, больше меня поразило, как все эти опытные журналисты, а некоторые из них порой смотрели на меня с каким-то высокомерием, так и не поняли, что произошло, никто даже не попытался логически проанализировать полученные сведения. Мои взрослые коллеги просто не придали этому значения, по-видимому им настолько надоела их монотонная работа, что любая информация воспринималась как обычный поток слов, который просто нужно донести до аудитории.

И вот здесь мой страх своей неопытности и неуверенности частично ушел. Да, потом в моей профессиональной деятельности были случаи, которые потихоньку помогали мне избавляться от синдрома самозванца, но этот случай стал первым, который хотя бы немного притупил это злополучное чувство. И если задуматься о словах Ирины Хакамады, говоря об инфантилизме моего поколения, может как раз эта «болезнь» зависит не от возраста, а от самого человека?