Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Юркины рассказы

Факультет: хватило сил сделать правильный выбор

Толпу новобранцев постригли, помыли, одели в новую форму. Разделили на мелкие подразделения, назначили старших. Первое, чему предстояло научиться – это строевой подготовке. Для нас, выпускников военно-музыкальной школы, это было давно пройденной азбукой. А вот для многих гражданских – новая полоса в их жизни. Те из моих однокашников, кто не собирался поступать на военно-дирижерский факультет, размещались тут же в казармах. Только в отличие от нас они ждали распределения в военные оркестры, для них начиналась срочная служба в СА в качестве военных музыкантов. Все мы были рядом, виделись каждый день и вели всякие разговоры за жизнь. Мой друг, кто протянул мне руку помощи в тяжелые для меня времена в МВМШ, был одним из тех, кто не собирался становится военным. Он решил поступать в консерваторию и быть гражданским музыкантом(он кстати, тоже был валторнистом). Как-то так негласно считалось, что те, кто поступают на военно-дирижерский факультет – это середнячки, которым ничего не свет

Толпу новобранцев постригли, помыли, одели в новую форму. Разделили на мелкие подразделения, назначили старших. Первое, чему предстояло научиться – это строевой подготовке. Для нас, выпускников военно-музыкальной школы, это было давно пройденной азбукой. А вот для многих гражданских – новая полоса в их жизни.

Те из моих однокашников, кто не собирался поступать на военно-дирижерский факультет, размещались тут же в казармах. Только в отличие от нас они ждали распределения в военные оркестры, для них начиналась срочная служба в СА в качестве военных музыкантов. Все мы были рядом, виделись каждый день и вели всякие разговоры за жизнь.

Мой друг, кто протянул мне руку помощи в тяжелые для меня времена в МВМШ, был одним из тех, кто не собирался становится военным.

Он решил поступать в консерваторию и быть гражданским музыкантом(он кстати, тоже был валторнистом). Как-то так негласно считалось, что те, кто поступают на военно-дирижерский факультет – это середнячки, которым ничего не светит на музыкальном поприще.

За годы учебы в МВМШ, приобщенные к большой и серьезной музыке, мы прекрасно понимали чем будет заниматься военный дирижер в воинской части. Ему там будет не до Моцарта и Бетховена-только марши и разучивай. И строевой командир из него никакой. А значит, будет он и не военный, и не музыкант, а так-ни то, ни сё….. У нас это называли быть "сапогом".

Говоря о будущем, он расписывал мне перспективы своей музыкальной карьеры в столичном симфоническом оркестре. При этом сочувственно приговаривал: «Ну, а куда тебе ещё? Ты же не музыкант. Признайся честно, хотя бы самому себе. Так что не дергайся». От этого кошки скребли на душе...

Приезжал ко мне и товарищ по нашей творческой мастерской – будущий художник. И как ни странно, говорил почти тоже самое: " Ну какой ты музыкант? Мучение одно, да и только. Вот, представь, станешь ты дирижером. Направят тебя в какую-нибудь глухомань, где про Моцарта и Чайковского и слыхать не слыхивали. А тамошнему командиру полка только барабан и нужен. И сопьешься ты со временем, как многие в армии. И пожалеешь, что даже не попробовал реализовать свою мечту - у тебя же руки золотые. А так загубишь талант и себя погубишь. Бросай ты факультет, пока не поздно. Отслужишь. По вечерам будешь готовиться, рисунку научишься. После армии легче поступать, льготы. Но зато будешь делать то, к чему душа лежит. А то ведь так и до края дойти можно от отчаяния".

А тем временем, на факультете закончилась первоначальная военная подготовка и нас привели к присяге. Мы получили военные билеты. А с сентября начались музыкальные занятия и я все время натыкался на свою немузыкальность и нежелание учиться музыке серьезно. В конце концов, я пришел к убеждению, что надо уходить, чтобы не мучить себя и преподавателей.

Я написал рапорт на отчисление. И тут все засуетились. Как же так? Почему? С чего вдруг? На ковер к начальнику факультета стали вызывать командира курса, командира роты, командира отделения и в последнюю очередь меня. Разговора по душам не получилось и мне пригрозили, что на срочную меня отправят не в военный оркестр, а в Афган (шел 1979 год).

Но я был горд за свое решение и не боялся ничего. Меня отчислили. И я стал ждать перевода в воинскую часть.

Как-то вечером меня вызвали на КПП. Сказали, что ко мне приехал какой-то родственник. Это был мамин несостоявшийся "московский муж", тот самый "дядя-офицер", который пристроил меня в МВМШ, а затем и на факультет. Одет он был в гражданское, и от этого казался жалким и неказистым. Он упрашивал меня забрать рапорт. Рассказал, что приложил много усилий, чтобы я поступил (якобы его об этом умоляла моя мать, я даже и не сомневался в этом). Признался, что хотя мама разорвала с ним отношения, но он её по-прежнему любит и готов для неё сделать всё, что она попросит.

"Все о моей матери"- не фильм Альмодовора, а рассказ о жизни провинциалки, стремящейся стать москвичкой
Юркины рассказы21 февраля 2022

Он вышел в отставку и руководил каким-то небольшим гражданским оркестром. Он умолял меня и даже плакал, чтобы я не расстраивал мать. Но мне не было его жалко, как не жалко было уже и мать, ведь она по сути мне поставила ультиматум-или учеба на факультете или ты мне не сын. Простить этого я ей не мог.

А немного погодя до меня дошла весть, что он погиб. Нелепая трагедия: однажды, возвращаясь с работы, он захотел в туалет, на маленькой станции не нашлось ничего подходящего и он полез через рельсы, чтобы отойти подальше, потоком воздуха его увлекла за собой проходящая электричка, потерял равновесие...Так и погиб под электричкой. Страшно и нелепо. Нельзя сказать, что по пьянке- не пил. Нельзя сказать, что преднамеренно, следствие установило, что это был несчастный случай. Вряд ли это от отчаяния неразделенной любви - я ведь знал, что таких, как моя мать - "любимых" женщин, у него было немало.

Личное фото.1979 год-год перемен.
Личное фото.1979 год-год перемен.

#личная история #выбор жизненного пути #служба в армии

#военные музыканты

#отношения в семье

#родители и дети