Предыдущая часть
- Это вы сейчас про Игнатова?
- Ни в коем случае. Я говорю в общем.
- Вы говорили, что Игнатов ваш друг. Вы стали бы покрывать его, если бы узнали, что он причастен к смерти Тарасовой?
- Я бы не стал вам помогать. А что подумал бы по этому поводу – так это только мое дело. Но я точно знаю, что никто из моей команды не способен убить беззащитную девушку. Отморозков мы не держим.
- Почему же сразу отморозок? В порыве гнева человек на многое способен. А потом сильно жалеет об этом.
- Тогда мы бы уже знали, кто это совершил, разве не так? – Бардин наклонил голову, стекла очков таинственно блеснули.
- Спасибо, что явились сегодня, - Стася выдала ему пропуск. – Я уже говорила вашему компаньону, что мы просим вас не покидать город до окончания расследования. Предварительного.
Продолжение следует…
Когда за музыкантом закрылась дверь, капитан шумно втянул носом воздух. По его довольному виду было понятно, что Бардин его развеселил.
- А он вас клеит. Смело довольно. Но действенно.
- В смысле, он так пытается отвести от себя подозрение?
- Вполне возможно. Трудно ведь предположить, что убийца станет столь вольготно заигрывать со следователем. Наглость города берет, так же говорится.
- Не знаю, я пока ни одного из них не могу подозревать или оправдать. Сегодня должна приехать сестра убитой. Я надеюсь что- то новое от нее узнать.
- В городе я уже имел аудиенцию с папой. На кого угодно он был похож, только не на убитого горем. Скорее психовал, что кто-то посмел тронуть нечто, имеющее к нему отношение. Очень капризный тип.
Стася увидела значок на экране компьютера и открыла новое письмо. Там были результаты опроса первых десяти человек, которых удалось с утра застать дома. Там не было ничего примечательного. Каких-либо связей с Ольгой выяснить тоже не удалось.
- Дело в том, что ведь эти все люди могут не иметь к ее смерти ровным счётом никакого отношения, - встав за ее спиной, сказал Гордин. Он облокотился одной рукой о стол, а другой перехватил мышку. Тем самым получалось, что он словно бы обнимает женщину. От него приятно пахло парфюмерной водой. - Убийца мог прийти и уйти не на концерт, а именно убить. Что там со следами на окнах?
- В гримерке окна нет в принципе. Единственное окно в этой части клуба - в конце коридора, оно было закрыто изнутри, никаких следов на подоконнике. Есть ещё окно - возле бара. Но залезть в него незаметно в антракте просто бы не получилось, рядом толпились посетители.
- Так необязательно лезть в перерыве. Можно было проникнуть раннем ждать жертву в гримерке. Или где- то поблизости. Насколько я понял - дверей там хватает. Нужно проверить ее переписку.
- Я отправила запрос экспертам. Если она все удалила, то потребуется время. Ещё запрос необходим. Я очень надеюсь на сестру. Если они были столь близки, что одна уступила другой свое место в группе то и всем прочим они вполне вероятно делились.
Капитан вздохнул.
- Я надеялся, что смогу вернуться в Москву через пару дней. Дело-то пустяковое. Девочка не успела нажить врагов. Ну бытовуха же.
- Не стала бы торопиться с выводами.
В дверь постучали. Гордин крикнул, чтобы заходили. Женщине это не понравилось, но проявлять свое недовольство времени не было. В кабинет зашла Полина Тарасова, сомневаться в этом не приходилось. Сходство между сестрами было поразительное.
- Мне нужен следователь, который занимается убийством моей сестры, - Полина смотрела на них влажными красными глазами.
- Садитесь, мы вас ждём, - оживился Гордин. Он подставил девушке стул и присел рядом с ней на уголок стола.
Тарасова мяла в руках легкий шарфик. Она переводила взгляд со Стаси на Гордина и обратно.
- Простите, я приехала только сегодня утром, взяла билет на первый самолёт. Как только папа позвонил. Он не может приехать. Потому я...
Она замолчала. Шарфик уже превратился в половую тряпку. Стасе почему-то не понравились ее пальцы, длинные, с крупными суставами. На них сверкали кольца с крупными камнями. Ногти с черным покрытием смотрелись агрессивно.
- Сочувствую вашей потере, - официально начала Стася. – Мне необходимо задать вам ряд вопросов. У вас с сестрой сложились доверительные отношения?
Полина нервно взглянула на Гордина.
- Не могу так сказать. Я ведь старше на пять лет, у нас разные компании.
- Тем не менее, вы обе связали жизнь с музыкой.
- Это дань нашей бабушке. Она была пианисткой. Но мечтала о скрипке. И с детства нам прививала любовь именно к этому инструменту.
- Вы покинули группу добровольно?
- Разумеется, - вспыхнула девушка. – У меня сохранились прекрасные отношения с ребятами. Именно поэтому я посоветовала им Олю. Она не увлекалась подобным творчеством, была вся в классической музыке.
- Тогда почему же она согласилась?
- Деньги, в первую очередь. Да и известность. После участия в группе, меня узнавали многие, был свой фан-клуб в соцсети. Даже сумасшедшие поклонники. Фан-клуб остался. И я даже могла бы устраивать сольные концерты. Но я уехала.
- Вы были заграницей все последние полгода?
- Да, в Вене. У меня контракт на два года. Я же сказала, что только сегодня прилетела.