Тяжело это все. Вот посмотришь вокруг и желание забиться в угол, укрыться с головой одеялом и заснуть, чтобы когда проснешься было все хорошо. И цены, и новости, и привычная, такая обыденная жизнь. Ан нет. Не работает.
Если податься такому упадническому настроению и нырнуть таки под то самое «спасительное» одеяло, то вылезая из-под него, вдруг окажется, что все стало еще хуже. Это как в той старой сказке про двух лягушек, которые в крынку с молоком упали: одна лапки сложила и на дно, а вот вторая барахталась и из обычных, рутинных казалось бы движений, получилось масло, и она выбралась. Поэтому нельзя складывать лапки. В нынешней ситуации это непозволительная роскошь.
Вот эксперт в области спортивной психологии и коуч Саймон Хартли, который работал с десятками олимпийских чемпионов и чемпионами мира говорит:
«Многие люди терпят неудачу только потому, что сдаются в двух шагах от успеха».
Ну реально ему виднее. Он опрашивал и анализировал ответы, изучал тех, кто поднимался на верхнюю ступень пьедестала и тех, кто так хотел туда попасть, но увы и ах там не оказался. Это его экспертный вывод. И не знаем мы никогда сколько дней, часов, а может быть уже и минут до успеха осталось, а значит останавливаться тем более нельзя. Потому что тут все просто — если нет попыток, то нет и результата. Никакого. Вообще.
И даже если все-таки окажется, что мы проиграли, чувство самоудовлетворения и понимания, что мы сделали все, что было в наших силах даст покой и решительность идти дальше. Как там говорится: «Делай что должен и будь что будет!» И ключевым здесь является именно глагол «ДЕЛАЙ».
Если мораль, долг, внутренний голос твердят в унисон, что сидеть нельзя, что надо выбираться, наступая на горло депрессии и лени, что придется тащить себя за волосы из трясины апатии, чтобы не захлебнуться, нужно просто сделать шаг.
Уинстон Черчилль советовал:
«Даже если вы проходите через ад, продолжайте идти».
И никто не говорит, что будет легко. Никто не утверждает, что стоит только принять решение, как вдруг дорога из желтого кирпича сама понесет нас в сторону изумрудного города. Самим надо ноги переставлять: по лаве, по осколкам стекла, по душевной боли… Но каждый шажок удаляет нас от эпицентра событий. Потому что если мы решаем действовать, то значит мы решаем менять этот мир.
Решаем, что так жить я не буду, и мои дети не будут, и мои собаки не будут. Я — достоин большего! Я не просто ухожу от прошлого, которое тянет меня назад, я учусь у него не допускать ошибок, а значит мое будущее будет успешным.
И по мере того, как мы выбираемся из объятий безнадежности, мы можем помочь кому-то по пути, взяв его в попутчики. Подбадривая, помогая кому-то другому, мы в первую очередь понимаем, что мы еще «ого-го!», мы помогаем себе через великодушие и щедрость, через оптимизм проявленный не ради себя, а ради того, кому труднее.
Состояние нашего духа в этот момент очень важно. Тело может вопить от боли, душа заливаться горючими слезами, но дух должен быть твердым. Тот самый внутренний стержень, который выдается каждому, когда мы приходим в этот мир, и на который можно надеть новое тело, важные новые душевные порывы.
Как хилый от рождения Суворов нырял в прорубь по зиме, болел, но снова нырял, и победил свою субтильность, и вошел в историю великим полководцем и военным гением.
А Хайям писал много столетий назад:
«Не хмурь бровей из-за ударов рока. Упавший духом гибнет раньше срока».