Предыдущее
1. Целых два дня я отдыхал от новостей, а добрые люди энергично мне мешали, заботясь о моём всезнании. Милейшей души человеки! ))
2. В 19:40, сидя дома и предаваясь пошлому сибаритству и аполитичным домашним делам (а ведь мог бы строгать деревянный автомат дробящего действия или пилить гири для метания их куда надо) я услышал частые хлопки, заинтересовался (что-то новенькое, а не эти нудные сирены, после которых ничего не происходит, т.к. их включают ПОСЛЕ пролётов, прилётов и просто так, для выслуги боевого стажа и безумных зарплат за "боевые"), выглянул в мир: "А что там у... нас?" :)
3. Картинка была праздничная. Примерно со стороны памятника князю Владимиру (самому первому) под углом 45град. взлетали в сторону примерно Пешеходного моста, друг за другом красные ракеты. А высоко в небе светился плавно дрейфующий красный огонёк (раньше я сказал бы "летающий китайский фонарик", теперь же скажу "квадрокоптер").
И вот, казалось, красные ракеты хотят достичь в вершине красного огня, достичь и слиться в пламенных объятьях, а после - хоть в Днепра пучине утонуть. Но где-то посреди подъёма, жестокие законы Мирозданья прямой полёт бесжалостно сгибали в балистики кривую и паденье в черноту. "Се - путь Украйны в морок евровздора!" - подумал Странник, философски созерцая. ("Остапа несло!")
В-общем, я так и не понял что к чему, но несомненно, что печенье - "К чаю". И это - не опасно, если чай не курить, а порошок печенья не втягивать ноздрёй. :)
4. Разговор с читателем о роли и месте танков, СпН (и прочих тем истинных диванных военспецов) в условиях городов и/или сложного рельефа пробудил во мне "былое и думы". Дело было в начале 90-х, в Боснии и Герцеговине, где я как раз и жил, имея ПМЖ. Читайте, этого на Дзене ещё не бывало (вроде).
5. Отацбина или смрт!
Когда лохматые звёзды начали предрассветно кривляться и подмигивать, устав вращаться и скакать в такт поворотам горной дороги, Педжо загнал "Тойоту" под нависающую над ручьём скалу и утомлённо откинулся на спинку сидения.
Хоть было непросто втиснуть 4,5-метровый джип в небольшой грот и рядом была удобная каменистая площадка, но так учил Тмурни (Хмурый) Рус. А бывший кинорежиссёр (и будущий памятник в родном городке) Предраг знал, что указания Мастера следует выполнять, даже если не понимаешь их, даже если не согласен с ними. Ибо это - Путь Воина, о котором любил рассказывать начальник диверсионно-разведывательной школы сербского полкового гарнизона в Боснии-Герцеговине Хмурый Рус в редкие минуты, свободные от занятий и тренировок "Волков сумрака".
Педжо щёлкнул трофейной "Зиппо", прикурил первую за два часа сигарету и толкнул в плечо храпевшего рядом пулемётчика Вука.
- Ты не прикрыл зажигалку ладонью и в машине есть прикуриватель, - тихо произнёс с заднего сиденья снайпер и переводчик-переговорщик с "плавыми шеломами" ("голубыми касками") Юргас, бывший литовский биатлонист и будущий немецкий торговец спорттоварами.
- Па шта? (Ну и что?) - возразил Педжо занудному умнику - Мы прикрыты скалой.
- Исполняй правила не размышляя, ибо думать следует там, где правил ещё нет - нараспев процитировал Мастера непреклонный Юргас.
- Омм! - преувеличенно-торжественно произнёс Педжо сакральное выражение Хмурого Руса и снова толкнул Вука.
Двухметровый бывший контрабандист мог безмятежно спать в любой тряске и шуме и просыпался медленно. Зато, проснувшись, он действовал быстро, точно и решительно. Его решительность и быстроту, даже в раненом и оглушённом состоянии, через 196 дней так и не успеют оценить два десятка муслимов, похороненные в развалинах своего медресе, превращённого ими в крепость. А Вук просто перестанет существовать. Напрочь! Килограм подорванного пластида, который он всегда таскал в одном из карманов "лифчика" - "это вам не фунт изюма!", как говорил командир диверсионно-разведывательного отряда Гор.
Гор появился в гарнизоне вскоре после того, как Хмурый Рус 15 минутным докладом на военсовете командования гарнизона, проводимом приехавшим в гарнизон генералом Ратко Младичем,
изложил, что (далее - мерным "казённым" голосом) исход современной региональной войны (тем более - в условиях гор, джунглей или пустыни) решают не пехотные и танковые полки и дивизии, а мобильные спецгруппы при поддержке авиации или тактических ракет. А остальные войска более уместны для охраны населённых пунктов и блок-постов на дорогах и господствующих высотах.
Это было непривычно и даже неприятно для кадровых офицеров ЮНА, воспитанных на военных доктринах и стратегиях времён маршалов Тито и Малиновского. Но САМ Ратко сказал: "Нэ́ка ра́дэ! По́моч за свэ што е потрэбно (Пусть делает! Помочь всем, что нужно)". И Рус организовал Школу, а ближе к выпуску первых "волчат" в гарнизоне появился командир будущего отряда "Волков сумрака" Гор.
Говорили, что Гор - тоже рус, но "иной". Слишком он отличался от других русов загаром, горбоносостью и темпераментом. Но Гор всячески не приветствовал эти разговоры. "Я космополит, гражданин Света, - говорил он - и храбрецу - везде Отечество!"
Сейчас он собственной персоной присутствовал в машине на "месте щенка", подпираемый с одной стороны Юргасом, а с другой - командиром группы Гораном-четником.
В отряде был заведён порядок: в группе 4 опытных "волка" и 5-й - стажёр ("щенок"). Когда в школе набиралось достаточное количество стажёров, успешно прошедших курс обучения и хорошо зарекомендовавших себя в нескольких рейдах, то создавалась новая группа отряда с командиром из старых "волков". В первый рейд её выводил командир отряда или его "дэ́сна ру́ка". Этот учебный конвейер установил Мастер, Хмурый (Тмурни) Рус.
Продолжение следует (если только вся группа не нарвётся на противотанковую мину, установленную вчера вечером каким-нибудь безбашенным арабом, которому по-аллаху, что по единственной в этом ущелье дороге ездят и мирные жители любых национальностей).
Послесловие. Это был первая глава книги, сеттинг будущих глав (потому так нудно, будем самокритичны)... Но не сложилось, не писалось.
Но вам-то лайки не писать, достаточно ткнуть курсором.