26 мая 2014 года. Авиация в небе. Первые бои за аэропорт, первые погибшие среди мирных. Первое непонимание происходящего. Первое горе. Расскажу вам историю одной семьи — моих друзей, моих соседей, просто близких мне людей. Когда слышу дату 26 мая, всегда вспоминаю о них.
Семейным подрядом
Глава семьи Славик работал в аэропорту добрых двадцать лет. На его глазах заштатный аэровокзал превращался в один из красивейших комплексов Европы. Там же работали две его родные сестры. Всю жизнь аэропорту отдал муж старшей сестры — летчик гражданской авиации, командир корабля, международник.
Такая вот династия служащих аэропорта. Для них он был больше, чем предприятие и больше, чем работа. Для них он был целой жизнью. 26 мая все находились на рабочих местах, как обычно.
"Я не могу дозвониться до Славика. Что происходит? " —
кричала мне в трубку Марьяша. Я слышала, как ее душит истерика. Марьяша — моя подруга и жена Славика. Она увидела по телевизору сюжет о боях за аэропорт и места себе не находила.
К счастью, для ее близких все обошлось. Персонал перевели в убежища, ближе к вечеру вывели за территорию. Тот день был последним рабочим днем для работников Донецкого аэропорта имени Сергея Прокофьева.
А череда печальных событий для этой отдельно взятой семьи (да и для тысяч донецких семей) тогда только начиналась. Но мы еще об этом не знали.
Была семья...
Первой квартиру потеряла племянница Славика — она жила в той самой высотке рядом с аэропортом, расстрелянной и растерзанной.
Затем от войны уехала дочь — она и сейчас живет в Курске. Уехала, поступила на третий курс университета, устроилась на работу.
Денег катастрофически не хватало. Славику на шестом десятке сложно было найти работу. И он подался на север России — подвернулся подходящий вариант.
Старший сын Марьяши от первого брака (взрослый уже) остался в Николаеве, на Украине. К матери он приехать не мог — только по телефону, только по скайпу. Так семья разлетелась по городам и весям, как осколки.
Жизнь налаживалась, но...
Шло время. Муж осваивался на новом месте. Дочь заканчивала вуз и собиралась замуж. Марьяша планировала перебраться к ней и нянчить внуков. Казалось бы, жизнь налаживается, но по постоянные обстрелы и нервы подорвали здоровье Марьяши.
Женщина в расцвете сил. Сначала начал шалить сахар — диагностировали сахарный диабет. А потом одна потеря сознания, вторая. Инсульт. Славик вернулся в Донецк, как только ее госпитализировали. Увы, Марьяшу не спасли. Ее не стало 9 декабря 2018 года.
Дочь не застала мать живой — она стояла на границе (комендантский час, автобусы по расписанию), когда получила СМС о том, что мамы нет. Сын из Николаева не смог приехать на похороны — уклонист, "приняли" бы на первом блокпосту.
Славик в Россию не вернулся. Так и живет в Донецке. Тему аэропорта обходит, а если и вспоминает, то с грустью. Даже заикается от волнения.
Все было — семья, любимая работа, жизнь, наполненная радостными событиями и эмоциями, планы на будущее. Ничего не осталось. Опустел дом.
26 мая. День, который нас изменил. День, который всё изменил.
P.S.На фотографии Славик - крайний справа.