Второй мой «поход на Инсту» был уже более сознательным. Где-то там болтались фоточки меня и нерабочие ссылки на меня же, а вот площадок, удобных для меня, становилось всё меньше. Массовый исход в Фейсбук по принципу «все побежали, и я побежал» увёл почти всех интересных мне авторов и часть моих читателей. Изошла и я вслед за сообществом, и год за годом это делалось всё грустнее: серьёзные тексты разбавлялись тестиками да игрушечками, я уставала проматывать. Да ведь и не могла же я потребовать: «Друзья, не занимайтесь ерундой, вся ваша ерунда потом в моей ленте болтается!» Точнее, и просить и требовать я могла. Обязать к исполнению – никак не могла. Ну желает друг в Фейсбуке развлекаться, и пусть его. Один нюанс: «добавление в друзья» было скорее формальным, ряд знакомых оброс тысячами якобы друзей и, понятно, читателем быть переставал. Отношения взаимочитания могли переместиться в плоскость «я тебе блогер, ты мне фолловер». А вот «удаление из друзей» отражалось и на реальных отношениях