Папы у Даши никогда не было. Гипотетически, конечно, он был. На рождение от святого духа Даша не претендовала. Но она его никогда не видела, не общалась, а отчество у нее было, как и у мамы - Александровна. К своим восьми годам Даша даже спрашивать маму, почему у всех есть папа, а у нее нет, перестала.
Поэтому, когда в доме появился чужой мужчина, и мама сказала, - это твой папа, - Даша не возражала и подростковых сцен не устраивала. Тихая, спокойная по характеру, она отнеслась к новоявленному папе всего лишь немного насторожено. Но, надо отдать должное, Александр, так звали нового папу, нашел подход к девочке, и очень скоро Даша и думать забыла, что папа не родной . А вскоре и сестренка Маша родилась.
Александр, со своей стороны, относился к девочке, наверное, так же, как все отцы - заставлял помогать маме, следил за сделанными уроками. И, покупая младшей дочке платьице, никогда не забывал купить кофточку или другую обновку старшей. Даша, наверное, никогда бы и не в помнила, что папа ей не родной, если бы не та история случившаяся у подъезда.
Даша торопилась из школы домой. По телеку вот-вот начнется ее любимая передача. Можно было, конечно, и в записи посмотреть, но вживую интереснее.
Столкнувшись у подъезда с папой, Даша поморщилась. Папа велел после школы забежать в магазин купить хлеба, а она забыла. Придется идти. Но тогда она опоздает на начало передачи.
Можно было, конечно, и отбиться, пообещав сходить позже.
Но папа заговорил с ней совсем о другом.
- Даша, что с тобой происходит? Классный руководитель написала мне, что ты всю биологию в телефоне просидела.
- Пап, да там эта Верпала всех достала!
- Даша, во-первых, - Вера Павловна. А, во-вторых, ты хлеба купила?
- Нет, - с тоской в голосе выдавила Даша.
- За хлебом. И телевизора сегодня не будет. Кстати, и телефона тоже.
- Ну, пап….
- Даша!
Папа ушел в подъезд, а Даша задумалась, в какой магазин ей отправиться.
Наверное, уйди она сразу, а не останься у подъезда, многое случилось бы совсем иначе. Но она на минутку задержалась, и потому стала свидетелем разговора, как их весь дом называл, «блюстительниц порядка».
- Вот ведь какой! - сказала одна из сидящих у подъезда на лавочке старух, - и чего к девчонке привязался?
- Знамо чего, не родной ведь, - охотно поддержала разговор вторая.
- Да уж, родной бы так над девчонкой не измывался, - поддакнула их товарка.
Даша впервые задумалась. А ведь и правда, Александр ей не родной. И, хотя отчество у нее совпадает с его именем, папа он ей не родной.
Вот у подружки Аленки папа родной, и не заставляет ни за хлебом ходить, ни посуду мыть. И в телефоне хоть всю ночь сиди.
В двенадцать лет Даша еще не понимала, кто из пап был прав. Ей казалось, что прав папа подружки. Он не пристает к Аленке с требованиями, недостает с уроками, не спрашивает, с кем она дружит…
Если бы Даша знала, как завидует ей Алена. Завидует ее отношениям с папой. Ведь Дашин папа интересуется, чем она занята, может помочь с уроками, разговаривает с ней. А вот Аленин папа просто не замечает своей дочери.
Быстро бегут школьные годы. Даше исполнилось уже пятнадцать лет. Но никак не выходили у нее из головы слова старух у подъезда про отца. И Даша все чаще говорила себе, что папа не родной, вот и заставляет её все делать. Она не замечала, что за хлебом уже ходит семилетняя сестра Маша. А ее дела по дому стали важнее - приготовить ужин, купить продуктов на неделю, помочь маме сделать генеральную уборку в квартире. Вот только папа все так же не разрешал ночью «сидеть» в телефоне, и интересовался, с кем Даша дружит. И эту заботу о себе Даша воспринимала не как заботу, а как слежку.
Ужин подходил к концу, и Даша ворчала.
- Я посуду мыть не буду. Все я да я…
- Я помою, - встряла Маша.
И не успели родители отреагировать на этот демарш, как из коридора раздался звонок входной двери.
- Кто это так поздно? – удивилась мама.
И папа пошел смотреть, кто это заявился.
– Александр, ты только спроси, кто там, - крикнула вдогонку мама.
Даша сунула Маше в руки полотенце, чтобы та вытирала помытую посуду, а сама принялась отмывать вилки, тарелки. Интересно, кто это так поздно?
В коридоре зазвучали мужские голоса. И пару минут спустя папа привел на кухню парня, лет двадцати, и, немного смущаясь, представил незнакомца.
- Игорь, мой сын. Он поживет у нас немного.
Мама промолчала. Маша с интересом рассматривала незнакомца. А Даша насупилась и сразу принялась выстраивать нехитрую логическую цепочку. «Сейчас этому папиному сынку отдадут Машкину спальню, а Машку положат ко мне».
Сетру Даша любила, но в своей комнате бывать не разрешала. Младшая сестренка была слишком любопытна.
- Игорь Александрович, можно Игорек, - представился парень, обводя всех присутствующих оценивающим взглядом.
На Даше взгляд его задержался буквально на мгновенье, но под этим замаслившимся, ощупывающим ее взглядом, Дашке вдруг стало неуютно, словно по спине потянуло холодом, и противно.
Папа с мамой вышли, а Игорек, нисколько не тушуясь, потребовал.
- Эй, телки, жрачку на стол мечите, жрать хочу.
Даша, немного опешив от такой наглости, положила в тарелку пюре с котлетой, то, что осталось от ужина, и хотела поставить разогреть в микроволновку, но парень схватил ее за руку.
- Еще пару котлет добавь, и колбаски порежь.
- Обойдешься, – ответила Даша, - и руки убери, а то в лоб черпаком получишь.
Тем временем в кухню вернулся Александр.
- Спать ляжешь в гостиной, там диван стоит. Сейчас тебе постелят.
- Почему в гостиной? Я отдельную комнату хочу.
Но Александр его даже не слушал.
- А вы, - повернулся он к дочерям, - по своим комнатам, и спать. И быстро.
Даша не видела, каким взглядом проводил ее Игорек, но неприятный холодок по спине снова пробежал.
Из разговора с мамой Даша узнала, что Игорь поживет у них пару месяцев, пока его не восстановят в университете, а потом переедет в общежитие.
Как поняла Даша, он должен был сдавать «хвосты» по предметам, чтобы его восстановили в вузе.
Но как можно что-то сдать, если ты целыми днями сидишь дома.
А вечером Игорек самозабвенно врал отцу, что занимается и сдает зачеты, и вот-вот вопрос с восстановлением в вузе решиться.
При этом он всегда добавлял , что может быть отец снимет ему квартиру, а то в общаге тяжело заниматься и готовиться к сессии.
Но Александр молчал, не говоря ни да, ни нет.
Так продолжалось неделю, другую и третью.
А однажды…
Однажды парень зажал ее в коридоре и, шаря рукой по груди, зашептал, горячо дыша Даше в ухо.
- Тихо, ты, дура. Я ведь могу ласково, а могу и не ласково. Даже если я тебя поимею, мне ничего не будет. Папуля все разрулит. Ему не надо, чтобы сынок сидел. Поняла, дура!
Вырвавшись из его рук, Даша заперлась в своей комнате.
Даша понимала, что она папе не родная, а вот Игорек - сынок, и кто будет виноват? Конечно во всем обвинят ее.
Для девочки начались тяжелые времена. Даша стала бояться приходить домой, когда там никого нет, кроме Игорька.
Раньше, приходя домой, она прибиралась в квартире, готовила ужин, а сейчас загнанным зверьком юркала к себе в комнату, запираясь на ключ или бесконечно гуляла по городу, просто убивая время
Вот уже и март стучал в окна крупными каплям капели, падением сосулек и красными ленточками, перегораживающими опасные места схода снега с крыш.
Родители собрались на дачу, чтобы скинуть снег, осмотреться и пожарить шашлыки. Ехали все - и мама, и папа, и Маша, и Игорь, и Даша.
Отправиться решили в пятницу, когда Даша вернется из школы. Но еще в четверг Даша договорилась с мамой, что останется дома. Придет подружка и они займутся уроками. Даша рассчитывала избавиться от наглого Игорька хотя бы на пару дней.
И какой же ужас она испытала, когда в пятницу утром случайно услыхала разговор Игоря с отцом.
- Пап, ты извини, очень хотел поехать, помочь там со снегом и отдохнуть, но тут профессор назначил пересдачу. И как раз на утро субботы. Вы уж как-нибудь там без меня.
Услышав заявление Игоря, Даша опешила. Получается, она будет с этим… все выходные одна во всей квартире. Да он ее изнасилует! Точно. И ему ничего не будет, ведь он родной сын папе, а она нет.
И Даша испугалась. Испугалась так, что даже не сообразила сказать маме, что поедет с ними, и пусть они ее подождут. И только в школе, когда мама позвонила, чтобы сообщить, что они уехали, Даша поняла, что останется с Игорьком дома один на один.
Что делать? Куда кидаться, где прятаться? Даша кинулась к подружке. Ее сегодня не было в школе. Но выяснилось, что Аленка заболела, и её к ней не пустят. Куда бежать, куда спрятаться?
Бабушка!
Мысль пронеслась как молния.
Поехать к бабушке, - подумала Даша, и стала рассуждать.
Где-то на краю света жила баба Нюра, папина бабушка. Они несколько раз ездили к ней на электричке. Один раз - поправить покосившийся забор, и еще раз, когда родилась Маша. Даша помнила, как пройти от станции до дома бабушки, и решилась.
После уроков домой Даша не пошла. Она поехала на станцию, с которой они ездили на электричке. Денег на билет до бабушкиной станции не хватало, а электричка вот-вот подойдет.
Выход подсказал паренёк ее возраста.
- Чо встала? Билет брать будешь?
- Буду, только денег не хватает.
- Эка невидаль, а тебе далеко?
- До Семкино.
- Ничего себе! Далековато. А ты бери до следующей. Это - чтобы на платформу попасть.
– А потом как?
- Потом будешь бегать от контролеров.
- Это как?
- Да не боись, не ты одна такая. Научу. Я Серега, кстати.
- Даша.
Так они и ехали. Едва контролеры появлялись в вагоне, Серега с Дашей уходили в соседний вагон, а потом, на остановке, бежали мимо вагона, где работали контроллеры, туда, где они уже проверили билеты. Бегая по вагонам, Даша отвлеклась от своих мыслей, и только выйдя на перрон, в темноту ранней ночи, когда громыхая пронеслись мимо светлые вагоны электрички, и она осталась одна на перроне, ей вдруг подумалось,
- А если бабушка меня не вспомнит.
Узкая, едва протоптанная в снегу, тропинка вела к старому, совсем засыпанному снегом домишке. Подмерзший слежавшийся снег не давал калитке открыться и Даша испугалась. Бабушка еще тогда, когда они приезжали в последний раз, была очень старой. А вдруг она уже не жива? А вдруг она так и останется тут, под окнами, вдруг бабушки уже нет, а она приехала. Какая же она дура! Но и податься ей больше было некуда. С трудом сдвинув калитку, Даша поднялась по трем ступенькам и постучала в дверь. Долго никто не открывал, и волна ужаса опять накрыла девочку. Но вдруг дверь широко распахнулась и…
- Дашенька, ты одна? А где папа с мамой?
И тут Дашка банально разревелась. Напряжение последнего месяца дало о себе знать. И сквозь слезы, сквозь рыдания Даша все выложила, в принципе - совсем чужому для нее человеку. А потом бабушка поила ее крепким чаем с печенюшками и рассказывала.
- Сашка, внучек то мой, отец твой, рано женился - повела рассказ бабушка. - он тогда в институте учился, и еще подрабатывал. А Маринка все про деньги жужжала. Все ей мало было. А где студенту много заработать? Сашка то сдуру институт бросил, на работу пошел. Да еще и сторожем по ночам устроился.
Бабушка рассказывала, а сама не забывала подливать Даше вкусный ароматный чай.
- А тут его в армию и забрали. На два года. Он, когда пришел, хотел в институт восстановиться, да только Маринка не дала. На работу опять пошел. А тут Марина, мальчика родила. Вот только, что бы там она не плела, и про недоношенного ребенка, и про ранние роды, да только шила в мешке не утаить. Не Сашкин мальчик то был, не Сашкин.
Даша слушала бабушку, открыв рот.
- Сама Маринка не работала. Говорит, - а кто с сыном сидеть будет? В садик не отдала. А Игорек, как сыр в масле. Хочу то - нате вам, хочу это - и это вот пожалуйте. Сашка попробовал было строжиться, но Маринка такую истерику закатила!
Бабушка вздохнула, видимо вспомнив неприятный момент, но потом улыбнулась, и продолжила свой рассказ.
- А потом маму твою встретил, ты родилась. Вот только тогда бросить Маринку с сыном он не смог, и не потому что любил сильно, а ответственность за парня чувствовал, да и сыном своим считал. А тут Маринка роман на стороне завела. Александр и ушел от нее.
А лет восемь - девять назад он опять твою маму встретил, про тебя узнал. Вот и вернулся к тебе, да к твоей маме.
- Он, что, мне родной папа?
- Конечно, родной.
- А почему он тогда меня учиться заставляет, полы мыть, посуду. Вон у Алены папа не заставляет.
- Эх, Даша, Даша. Ты что думаешь, если родной, так и воспитывать не должен. Вот ты, например, обед сваришь? А в квартире порядок наведешь?
- Конечно! - удивилась вопросу Даша.
- А подружка твоя, что умеет?
- Бутерброды сделает.
И вдруг рассмеялась.
– Она даже рожки варить не умеет. Взялась однажды, да в холодную воду всю пачку разом и высыпала.
- Вот тебе и разница.
Проснулась Даша поздно, спустила ноги на ледяной пол.
В доме было холодно. У печки кряхтела бабушка, пытаясь растопить простывшую печку.
- Баб Нюр! Что случилось?
Та подняла на внучку слезящиеся от дыма глаза.
- Да вот, вчера заболтались, а я печку то и не затопила. Да что-то никак не разгорится.
- А давайте я попробую, я умею. У нас на даче тоже печка. Меня папа научил!
И правда, скоро печка весело загудела.
И пока бабушка готовила завтрак, Даша, накинув куртку, выскочила на занесенный снегом двор, нашла лопату и с азартом принялась откидывать снег, наводя на дворе порядок.
Она с удовольствием рассматривала результаты своего труда: снег с крыши сарайки скинула, калитку откопала, прокопала ровные дорожки, и даже посыпала их песком.
Уезжала Даша в воскресенье днем, обещав обязательно навещать бабушку и приехать с Машей летом погостить.
Домой Даша пришла поздно. Вся семья уже ужинала за общим столом. Маша кинулась к сестре.
- А ты что так у Аленки задержалась? Мы тебя давно ждем.
“У Аленки…” - усмехнулась про себя Даша. Конечно, ведь еще в электричке, пока не сел телефон, она позвонила подруге и попросила сказать родителям, что все хорошо, и что они у Алены дома. Зарядку Даша с собой не взяла, и все выходные телефон был выключен. Конечно, мама волновалась. Вот и сейчас, она хотела что-то высказать Даше, но осеклась под взглядом отца. Доедали ужин молча, а когда девочки мыли посуду, Даша тихонько шепнула Маше.
- Приходи сегодня ко мне в комнату ночевать .
Глазенки Маши загорелись. Ночевать к старшей сестре! Да она просто в комнату то её не пускает, а тут ночевать!
В квартире все уже улеглись и давно спали, и только Даша рассказывала Маше, что была у бабушки, и что это такая замечательная бабушка, и что они обязательно поедут к ней летом.
Тихий шорох в коридоре насторожил девочек.
- Папа, - одними губами произнесла Маша и накрылась с головой. Даша выключила свет и притихла.
Дверь комнаты отворилась и сквозь узкую щелку Даша увидала Игорька. А тот в одних плавках тихонько подкрадывался к Дашиной кровати. На что он надеялся? Что Даша не закричит, что ему все с рук сойдет? Или еще на что-то? Непонятно.
Но, кроме Даши, сквозь маленькую щелку подглядывала и Маша. И вот она то, испугавшись парня, заорала. Да так, что Александр влетел в спальню дочери буквально в тот же миг. Включил свет. Увидал сына, все понял и сквозь зубы процедил.
- Пошел отсюда вон, мразь.
Минуту постоял и, сказав, - Девочки, дождитесь меня, - вышел из комнаты.
Что там произошло между отцом и сыном не было слышно, но через пять минут раздался стук входной двери.
Вернувшись, Александр присел на край кровати.
“Сейчас заругает, что они с Машей вдвоем в кровати” - подумала Даша.
Но папа не заругался, он просто спросил.
- Где ты была?
- Я боялась остаться одна дома с Игорем. Я к бабушке ездила.
- Я знаю. Мне бабушка позвонила.
- А мне она не сказала…
- Глупая, глупая дуреха, что же ты раньше не сказала, что он тебе проходу не дает. Я бы в миг его выгнал.
-Я думала, что я тебе не родная. А он родной. Я думала ты его любишь, а меня нет. Что ты ему поверишь, - как на духу выдала Даша.
Папа прижал обоих дочерей и маму, давно пришедшую в спальню, к себе.
- Мои милые девочки, вы самое дорогое, что у меня есть. И я никому не дам этого разрушить. Никогда и никому.
***
С Вами была Яна Ярова. Подписывайтесь на мой канал. Читайте другие рассказы и истории, которые вполне имеют место быть.
Удачного дня!