Небольшая крепость Белая была освобождена русскими войсками во время наступления в 1632 году. Во главе её гарнизона, насчитывавшего одну тысячу ратников, был поставлен воевода Фёдор Волконский, успешно проявивший себя и во время обороны Москвы 1618 года, и в отражениях крымскотатарских набегов.
Во время неудачной для русских войск осады Смоленска, Фёдор Волконский пытался помочь оказавшемуся в трудном положении Михаилу Шеину. Его отряды атаковали польские разъезды, перехватывали неприятельские обозы, отражали ответные нападения врага. После капитуляции армии боярина Михаила Шеина польский король Владислав IV, всё ещё предъявлявший права на московский трон, намеревался развить успех и после недолгой передышки двинулся на Москву. По пути поляки намеревались захватить крепость Белую.
Силы поляков составляли до 30 тыс. человек при 150 пушках.
Силы гарнизона крепости составляли около 1000 человек с 20 небольшими пушками. В начале 1633 года у Волконского было всего около 500 человек очень пёстрого состава — московские стрельцы, дворяне и дети боярские из Ярославля, Дмитрова, Ржева. Однако по собственной инициативе он набрал, обучил и вооружил несколько сотен «охочих людей» из числа жителей Бельского и Смоленского уездов, увеличив численность гарнизона примерно до 1000—1100 человек.
Подойдя к крепости, 13 марта 1634 года, с отрядом в 800 всадников, король намеревался с ходу захватить её, однако был обстрелян гарнизоном. Король отступил, остановился в Михайловском монастыре и направил в Белую парламентёров (шляхтичей Стогнева и Абрагамовича), требуя немедленной сдачи города, «не дожидаяся ево королевского гневу». В противном случае непокорным грозили смертью. При этом королевские посланцы сослались на капитуляцию главных русских воевод под Смоленском. Но Волконский ответил решительным отказом, сказав, что Шеин ему «не в образец». Защитники Белой решили биться до конца, засыпав городские ворота.
Попытавшись взять крепость приступом 16 марта, польская армия потерпела фиаско. Через два дня был организован второй приступ, тоже успеха не имевший. Начавшаяся правильная осада была для польского войска также неудачной. Крепость обстреливалась из пушек и мортир, применялись зажигательные снаряды. Под стены было прорыто четыре подкопа, город пытались затопить, выпустив воду из окрестных озёр. В ночь с 29 на 30 апреля Владислав лично руководил обстрелом крепости зажигательными снарядами.
На 30 апреля был назначен новый штурм, который не состоялся по причине того, что часть шляхты открыто отказалась в нём участвовать. Канцлеру Литвы Христофору Радзивиллу лично пришлось уговаривать своих дворян.
1 мая «поляки попытались взорвать укрепления Белой с помощью подземной мины, однако горокопы не смогли точно проложить галерею и при взрыве фугаса, нисколько не повредившего крепостных сооружений, погибло 100 польских пехотинцев». Взорвав вторую мину, тоже положительного эффекта поляки не получили. После нескольких штурмов Белой всё же удалось подорвать стены города. Вновь наёмная пехота польского короля пошла на штурм. Но защитникам удалось отбиться, и они вскоре сами совершили успешную вылазку и захватили 8 польских знамён, сумев уничтожить отборный полк Вейгера и ранить самого короля. Успешно отступив, защитники крепости быстро залатали за собой проломы в стенах землёй и брёвнами. Владислав, для которого осада этой маленькой крепости стала делом чести, решил во что бы то ни стало продолжить осаду. В условиях весенних заморозков и бескормицы это было ошибочным решением.
8 мая Владислав снял осаду. Из-за больших потерь (по современным оценкам, более 4 000 человек, т. е. около 15 % численности) поляки прозвали Белую крепость «Красной». Осада крепости длилась 8 недель и 3 дня. К этому времени на можайском направлении собралась 10-тысячная русская армия во главе с князьями Дмитрием Черкасским и Дмитрием Пожарским. Не готовые к ведению затяжной войны и страдающие от голода и непогоды поляки, в рядах которых начиналось дезертирство, инициировали переговоры о мире.
