Книги Александра Бушкова мне рекомендовали несколько читателей в комментариях к разным статьям. Я обещала с ними познакомиться и слово сдержала. Действительно, очень интересный автор! С теми, кто с его творчеством еще не знаком, хочу поделиться историей из книги "НКВД. Война с неведомым".
Это сборник рассказов о событиях, участниками которых были сотрудники одного из самых легендарных советских ведомств. Более 20 лет А. Бушков собирал свидетельства его сотрудников, которым довелось столкнуться с необъяснимыми явлениями, потом опубликовал их, снабдив короткими авторскими комментариями. Вот одна из историй - "Героический пёс".
Главный герой рассказа Василий в 1929 году служил на границе в Средней Азии и однажды в составе пограничного наряда попал в засаду. В живых остались только он сам и его сослуживец Юсуф - остальных положили басмачи.
Парни прятались от превосходящих по количеству и степени вооруженности противников за тушами убитых лошадей и понимали, что помощи ждать неоткуда. Они попробовали отпустить лошадь Юсуфа, чтобы она вернулась на заставу и пограничники поняли, что случилась беда, но басмачи разгадали замысел и пристрелили ее.
Умнейшая овчарка Василия по кличке Гром тоже была убита несколькими выстрелами.
Выхода не было, помочь могло только чудо, но в чудеса Василий не верил. К тому же он заметил, что что-то неладное творится с Юсуфом: "Не лицо было у сослуживца, а застывшая маска, а в глазах столь дикое напряжение, что Василию стало не по себе. Что-то тут было непонятное в этих глазах: не страх и не раздавленность перед оскалом подступающей смерти…"
– Вася, – сказал Юсуф совершенно чужим, незнакомым голосом, – пиши донесение. Кратенько. Мол, нас зажали, и если не поспеют…
«Вот и рехнулся, – с удивившим его спокойствием подумал Вася. – Случается в таких вот передрягах…»
– И зачем писать? – спросил он вяло.
– На заставу отошлем.
Парочка винтовочных пуль противно взыкнула над головами. Васю это не испугало – скорее уж окончательно вывело из терпения. Это было уж чересчур – вдобавок к обложившим со всех сторон басмачам спятивший напарник…
– А кто доставит, мать твою? – рявкнул он шепотом. – Дух святой?
– Он, – сказал Юсуф, показывая на мертвого Грома. – Я его сейчас подниму, а ты пиши, пиши, не мешкай. Вася, я умею, старики учили, все получится…
А дальше Василий стал свидетелем невиданного явления:
Юсуф "лежал на боку, приложив ко рту сложенные трубочкой ладони, то шумно выдыхал как-то по-особому, то нараспев что-то говорил – громко, упрямо, причитающе. Вася самую малость знал по-узбекски, но то, что он слышал, вообще на человеческий язык не походило. Так не походило, что жутко делалось".
И пес зашевелился!
"Был мертвый, но шевелился – дергал лапами, головой, сотрясался всем туловищем, а глаза оставались неподвижными, стеклянными, и язык тряпкой свисал на сторону, и дыхания не было…"
В отчаянной надежде на спасение Василий написал донесение, лихорадочно сунул его в портдепешник и пристегнул его к ошейнику Грома, попутно с ужасом отметив холодную окоченелость его шеи.
Овчарка поднялась на разъезжавшихся лапах, покачалась, утвердилась на четырех опорах – это выглядело так, словно чучело поднимали на невидимых распялках. И тут же рванулась прочь, в сторону заставы, будто кукла на веревочках, быстро, очень быстро…
Сначала басмачи не поняли, в чем дело, ведь они видели собаку мертвой, потом начали стрелять в нее, но вскоре закричали что-то о шайтане, в их рядах началось смятение. А вскоре подоспела помощь с заставы.
Командир радовался спасению Василия с Юсуфом и восторженно говорил:
– Ну, Вась, у тебя и пес был! Героический! Ты представляешь, добежал до ворот, до часового, весь продырявленный, и там только – хлоп замертво! Ух, пес! Героический! Жалко, спасу нет! Долг выполнил, а! Хоть ты памятник ставь!
По просьбе Юсуфа, Василий никому не рассказал, как было дело. Лишь 50 лет спустя, когда сослуживца уже не было в живых, поделился этой удивительной историей с А. Бушковым.
Вот и не верь после этого в зомби!
#истории из жизни #реальная история #чудеса случаются #чудесное спасение #мистика #мистические истории #это интересно