Дорогие мои читатели, я не раз писала о поэте из города Каменск-Уральский Вере Кузьминой, стихи которой очень люблю. Она работает фельдшером в городской поликлинике. Говорят, сейчас - в красной зоне. Самой Вере сейчас не до общения в Сети, возможно, и не до поэзии - она спасает жизни. Ждём её возвращения к перу и бумаге, а пока перечитываем её стихи, честные и настоящие. Не случайно Вера Кузьмина - лауреат Международной литературной премии имени Андрея Платонова "Умное сердце".
Сегодня, когда градус ненависти ко всем "не таким" и накал непримиримости в спорах в обществе (причём не только российском) всё выше, я не хочу здесь говорить на злободневные темы, но хочу поделиться стихами Веры Кузьминой на темы не менее острые - межнациональные отношения народов бывшего СССР, в которых сплелись вражда и дружба. Урал - край, где люди умеют находить обдщий язык с "чужаками", порой преодолевая боль старых обид и ран.
Два стихотворения. О разных людях и разных эпохах. Почитайте их, пожалуйста. Женская мудрость и доброта, умение чувствовать чужую боль как свою, уральская душа - всё это в поэзии Веры Кузьминой. После её стихов, мне кажется, невозможно относиться к человеку с предубеждением только потому, что он - другой.
ГАФУР
На Урал приехали
Узбеки неженатые -
На них белые штаны,
Халаты полосатые
(частушка времен Великой Отечественной войны)
Николаю Франковичу Голдену, автору книги "УАЗовские перекуры", который первым рассказал эту историю
В сорок первом-то - не лютики,
На заводе - крик-пожар:
В двух бригадах три Махмутика,
Два Ивана и Сафар.
Ох, ворчал начальник Бормышев:
"Хоть прислали без семьи..." -
Средней Азии оторвыши,
Не чужие, не свои.
"Эй, Гафур! Бабай! Едрить тебе!
Ну, ничо не понимат..."
Проходная, снег да рытвины,
А в Коканде - Сибахат.
Что задумано - не сбудется,
Плавь люминий да терпи,
И дышал завод верблюдицей
В загоревшейся степи.
Сероватый снег на площади,
Две полуторки, воза...
У соседской Сони тощенькой -
Сибахатины глаза.
Над заводом ночью зарево.
"Что, Гафурка, хлеба ёк?"
"Гадом буду, на базаре он
Продавал вчера паёк!"
"Точно, баял лысый Карпович:
Весь Восток - большой базар."
"За работу! Ишь, закаркали.
Продает - кака буза?
На калым накопит, женится,
Нам-то, паря - ни гу-гу..."
...слишком твердая поленница,
Хорошо лежать в снегу.
Смена кончилась - не вошкайся,
Запахни, Гафур, халат...
А в Коканде - чай с лепешками,
И урюк, и Сибахат.
Ишаки в Коканде добрые,
Две черешенки в саду.
Сибахат, куда? За облако?
Погоди, с тобой пойду...
Все воздастся полной мерою -
И в золе, и в серебре.
К проходной старушка серая
Прихромала на заре.
"Просит хлеба внучка Сонечка -
С год закончилась мука.
Не принес Гафурка нонеча
Заводчанского пайка.
Ох, и славно же придумали,
Ворошилов подсказал:
Чтоб паек - хоть свату, куму ли,
Чтоб не грабил нас базар.
Как - пайка какого? Нашего.
Подавай-ко, милый сын..."
Вся бригада ошарашенно
Замолчала, как один.
Все узнают полной мерою -
Все слова и все дела.
В кузовке старушка серая
Внучке хлеба понесла.
И со снегом тихо падали
В воды Каменки-реки
Крошки глины - той, Кокандовой,
И урюка лепестки.
Умирали люди - тыщами,
Обращались в дым да мел.
Но узбекскими глазищами
Со стены Христос глядел...
САМИР
Что уставился-то? Глазки сломаешь.
Что - хорош мой воротник кучерявый?
Штукатур Самирка с рожей Мамая,
Далеко твоя Кымбат с дочерями.
Вот и пялишься на русые косы
Да на губы цвета клюквенных ягод:
Кирпичи, пожалуй, станут раскосы
И дороги дастарханом полягут.
А напомнить про кровавую кашку,
Про ночных гостей с глазами косыми?
Твой отец мою соседку Наташку
Из Бишкека выгнал - топай в Россию.
Все забрал он, даже дочкины банты,
Даже глобус, и указку, и ноты.
Где тогда была его толерантность,
Про которую сейчас вы орете?
Мишка начал... пьяный Борька вдогонку
Стукнул палкой - в общем, дело доделал,
И скала Советов стала щебенкой,
Завалив и черномазых, и белых.
А до этого... соседский Ташматик,
В Бухару они уехали вроде...
Он обидчиков моих колошматил,
Ваську жирного с мажором Володей.
Мне Айгуль-портниха платьице шила,
Подарила пояс - кожаный, узкий...
...догорает солнце - "Клим Ворошилов"
С экипажем из узбеков и русских.
Сдохнуть хочется - не вякать, не мыркать.
Водки, может...нет, воды из колодца.
Что мне делать? Что нам делать, Самирка?
Видишь - плачу... может, все рассосется...