9 февраля день рождения Василия Андреевича Жуковского. Фамилия его отца – Бунин. Так что в русской литературе могло бы быть два Буниных, но случилось как случилось.
«Биологической матерью Жуковского была уроженка Турции по имени Сальха», как написал безымянный писатель из интернета. Это правда. Первому романтику русской литературы дала жизнь турчанка. Двух сестер из Турции привезли 43-летнему тульскому помещику в подарок.
Привезли почти случайно. Афанасий Иванович Бунин – в шутку или всерьез – бросил однажды приятелю, который отправлялся на войну (Россия тогда воевала с Турцией): привезешь мне турчанку. По большому счету, человеческой глупости обязана русская литература и русская история. Если б приятель этот был человеком умным, принял бы шутку за шутку, не потащил бы он двух сестер Фатьму и Сальху из дворца в нашу отечественную действительность.
Пишут, что отец девочек погиб при штурме крепости, то есть вроде бы как русский майор сирот призрел, ну а там кто его знает, людей в то время продавали и покупали. Так или иначе, но он повез девочек в качестве подарка Афанасию Ивановичу.
А тот был женат. У него в селе Мишенском Тульской губернии венчанный брак, жена, Безобразова Мария Григорьевна. На тот момент они были вместе основательно, и в горе и в радости, из одиннадцати их детей выжили пятеро (привычная и кошмарная статистика детской смертности тех лет), единственному сыну, наследнику Ивану, восемь лет, вся жизнь вокруг него, он талантливый, его развивать надо.
В общем жили Афанасий Иванович и Мария Григорьевна жизнью благочинной, без страстей, душа в душу, вели хозяйство, воспитывали пятерых детей, как вдруг распахиваются ворота, на двор въезжает экипаж, давно позабытый дружеский прикол оборачивается явью – две девочки с глазами газелей, в шароварах и луноподобных шлёпанцах предстают перед хозяином, и отказаться от «подарка» нельзя, сам просил.
Так себе история, которая, конечно, не могла понравиться ни жене, ни соседям, ни православному приходу. Турецких сестер поселили в отдельном домике. Младшая, одиннадцатилетняя Фатьма, вскоре заболела гнилой горячкой (о, говорящие диагнозы сельских врачей!) и умерла, а старшую, шестнадцатилетнюю Сальху, крестили и стала она Елизаветой Турчаниновой. Её назначили ключницей и ещё воспитательницей младшим двум Бунинским дочкам. Вроде опять всё благочинно.
Но вот внезапно умирает девятнадцатилетний, подающий надежды на службе, сын Буниных, родители тяжело переживают эту утрату. Возможно, именно тогда в их доме появился человек, чью фамилию теперь знает каждый школьник. О дворянине Андрее Жуковском мало что известно, кроме того, что он был беден и жил на содержании Афанасия Ивановича. Есть предположение, что он мог быть старшим знакомцем сына Буниных, и Афанасий Иванович предложил ему пожить у них в доме, чтобы скрасить сиротство свое и жены, а тот, вероятно, согласился.