- Господин Бартел, то, что вы предлагаете, переходит все границы, — толстый лысеющий мужичок в потрепанном костюме, казалось, вот-вот должен взорваться от негодования. - Этот проект противозаконный и совершенно неэтичный. Я позволю себе напомнить, что осужденные - тоже люди и потому...
- Да хватит тебе, Джо, — перебил его Бартел. - К чему вся эта демагогия? Ты же прекрасно знаешь, что тюрьмы заполнены под завязку, а люди продолжают поступать. Дополнительные камеры не появятся по щелчку пальцев. И какие тогда альтернативы? Расстреливать? Ссылка на астероид? Поделитесь идеями, мистер адвокат.
Толстяк рухнул на стул. В свете бледных ламп комнаты допросов Бартел видел капельки пота на лбу. Джо Райт явно не был человеком, способным вступать в спор с хоть немного думающим противником. Этот тщедушный и тщеславный мужчинка только и мог, что апеллировать к высоким материям. Может именно потому он так и не смог стать кем-то большим чем просто адвокатом нищих?
- Кроме того, все вполне законно. Проект “Паноптикум” получил одобрение Сената и подписан лично полковником Айхнером, — голос Бартела вновь стал официальным. - Да, в его работе возможны изъяны, но на этом этапе вероятность технической ошибки остается в рамках семи процентов. В таком случае тюрьма Уиттакер возьмет на себя возмещение ущерба, причиненного вашему подзащитному. Также вне зависимости от результатов эксперимента он станет свободным человеком уже к понедельнику. Согласитесь, для человека, осужденного на четыре пожизненных срока, другого такого шанса может не оказаться.
Джо достал платок с причудливым вензелем, и промокнул лоб. Он продолжался что-то бормотать о правах человека, но Бартела больше интересовала реакция третьего человека в комнате.
Сэмюэл Люмис, печально известный серийный убийца и похититель, сидел уставившись в пустоту. Бартел за всю встречу не заметил ни единого движения. Казалось, что он даже перестал дышать. Адвокат заметил пристальный взгляд сотрудника тюрьмы, и план родился в тот же миг.
- Прости, Мартин, но я думаю, что мы все же откажемся. Не похоже, чтобы мой подзащитный проявлял энтузиазм по отношению к этой идее. К тому же мы сейчас работаем над апелляцией по ряду обвинений...
- Я согласен, — перебил его Люмис.
***
Уровень 2, Кладбище домашних животных
Попытка №1
Это было легко. Я думал, эти испытания будут труднее. Не знаю, кого-то найти, с кем-то поговорить. А так прочитал на доске ругань бати - задание выполнено. Не понятно даже, что от меня требовалось. “Простите вашего отца за оскорбления в детстве” - таким было задание. Но я не успел даже задуматься об этом, как мир вокруг потемнел. И меня перекинуло сюда. “Задание выполнено”. Уже хорошо. Свобода стала немного ближе.
Вокруг могильные камни. Прохладно. Судя по всему конец лета или начало осени, но листья на ближайшем дереве вроде бы зеленые. Похоже, все-таки лето. Ночь. Звезд нет, но в небе мерцают ярко-красные огни. Задание: “Проститесь со всеми девятью вашими домашними питомцами”.
Черт. Это уже сложнее. Мне никогда не было дела до животных. Это скорее прихоть матери. Родители думали, что я не должен быть в одиночестве. Потому батя часто выгонял меня на улицу и до вечера не пускал домой. Мать же была добрее.
Она откуда-то приносила щенков. Вдвоем мы придумывали им имена, играли и ухаживали. Я делал вид, что они мне нравятся. Не хотелось расстраивать мать. Она была хорошим человеком.
Девять могил выстроились в три ряда. Над каждой прямоугольный могильный камень с рисунком и кличкой. Эспер, Гриксис, Бант, Найя - я помню эти прозвища, но ни за одним из них не кроется привязанности или каких-то ярких воспоминаний.
Пару раз я обвел взглядом надгробные плиты. Некоторые портреты показались смутно знакомыми. Но не более того. Бездумно я блуждал взглядом между камней. Идей не было. Было лишь ощущение подвоха. Но понять в чем он заключается я не мог. Словно, кто-то думает на два шага вперед и знает о чем думаю я.
Не знаю сколько я так простоял, но огни в небе изменились. Теперь возле задания появились цифры обратного отсчета. Мне нужно было попрощаться с питомцами меньше чем за пять минут. Значит пора действовать.
- Прощайте, — сказал я и вопросительно поднял взгляд вверх, к огням. Это было слишком очевидно. Но вдруг сработает?
Какое-то время ничего не происходило. Но затем появилось сообщение: “Задание провалено. Продолжение в следующем цикле”.
Тут же земля начала дрожать. Откуда-то снизу доносился приглушенный гул и хрипы. Я сделал шаг назад и потянулся за коротким ножом, который обычно висел сзади на поясе. Но к моему удивлению его там не оказалось.
Лишь на секунду стоило мне отвести взгляд, как среди обломков могильных камней появились девять гигантских псов. По правде все эти Эсперы и Гриксисы были очень похожи на свои портреты. За исключением лишь горящих глаз, ободранной шерсти и нависающих кусков прогнившей плоти, под которыми виднелись кости.
Животные без промедления бросились в мою сторону. Я попытался устоять на ногах и как-то отбиться, но вес ожившей массы был слишком большим. Боль пронзила руку, которой я попытался ударить ближайшего пса.
Собаки навалились со всех сторон, вонзая в меня зубы и когти. Звери не пытались просто схватить или удержать. Они намеренно отрывали целые куски плоти, прогрызали и перекусывали кости. Казалось, будто они стараются не убить, но причинить максимальный ущерб. И вскоре все тело горело огнем.
Последним, что я увидел, было лицо собаки с большими складками на морде. Она вцепилась в руку, которой я прикрывал лицо и горло. С хрустом она отделилась. Кровь брызнула прямо в глаза. Через мгновение зубы сомкнулись у меня на шее.
***
Уровень 29, Старшая школа
Попытка №55
Я уже не помню, сколько здесь нахожусь. Это все было огромной ошибкой. В документах, которые давал адвокат, ничего не говорилось о том, какие будут испытания. Если бы я знал, то никогда бы не согласился на эти пытки. Лучше провести всю жизнь за решеткой.
Я лежал с закрытыми глазами, пытаясь хоть немного отдохнуть. Чертова машина позволяла какое-то время бездействовать. Но не слишком долго, иначе задание провалится. И меня снова повесят. Или застрелят. Или разорвут в клочья. Или задушат. Или сожгут заживо. Как только меня не убивали за все это время.
Например, в старшей школе была группа парней, которые не упускали возможности поиздеваться надо мной. Украсть и сжечь рюкзак, налить воды из лужи в тарелку с супом, разбить телефон засунуть в шкафчик мусор - это все были цветочки. Более того даже довольно частые побои сложно было назвать ягодками, по сравнению с тем до чего они порой доходили.
Я подавил нарастающую волну гнева. Злиться было нельзя. Чертова машина это считывает. И если она уловит негатив, то задание будет провалено. А мне ведь нужно “Помириться с парнями, которые вас задирали”!
И как же мне это сделать, если от одной мысли о тех ублюдках, появляется желание устроить резню? Глубокий вдох. Нет, нельзя. Прошлый раз я поддался порыву и попытался убить их. Но не так как в реальной жизни, а в честном бою.
Машина этого не простила. В том подвале, куда меня привезли после, я провел наверное дня три. Они испробовали все, что я с ними сделал в реальной жизни. Хоть зеркала там и не было, но почти уверен, что к моменту смерти я напоминал бесформенный кусок плоти.
Вырванные зубы, освежеванные конечности, отрезанные губы и язык, вырванные из суставов кости - после всего этого перспектива умереть от удушья казалась прекрасной. Но это лишь одно место с заданием!
Был еще стриптиз-клуб, где просиживал вечера батя. Были леса Зендикара, где умер весь мой взвод от лап туземцев. Была церковь, больница и торговый центр Эгмунд. Машина возвращала из памяти каждый значимый момент моей жизни снова и снова до тех пор, пока я не выполнял очередное идиотское задание.
И я не мог противиться. За любое отклонение наказание одно - смерть. Как правило, особенно медленная и мучительная. Потому приходится раз за разом возвращаться в одни и те же места. Приходится браться за невозможные задачи и раз за разом умирать, чтобы потом через десяток мест, когда наступит новый цикл, попробовать снова!
Когда-то я был уверен, что самоубийство - способ слабаков сбежать от проблем. Но мое положение было сейчас еще хуже. Хоть суицид - действительно выбор слабых, но он все же остается выбором. Признаком свободы. Человек сам решает, что хочет закончить свою жизнь. Но я обречен остаться в этом калейдоскопе воспоминаний до тех пор, пока не выполню все миссии или не сойду с ума.
Из-за гула толпы донесся тихий писк. Отсчет пошел, осталось меньше десяти минут. Пора искать их. Пытаться налаживать контакты. Может быть в этот раз все пройдет иначе?
Вздохнув, я открыл глаза.
***
- Йоу, Мартин, пришел посмотреть на свою лошадку?
Густой бас Александра Вульфа, начальника исправительной службы, донесся, едва Бартел успел переступить порог ординаторской. Когда полковник Айхнер дал добро на проведения проекта “Паноптикум” для него переоборудовали целую секцию больничного корпуса.
Сам прибор, похожий на внебрачного ребенка железной девы и томографа, поставили в большой общей палате. А в ординаторской по соседству оборудовали наблюдательный пункт, который сейчас больше напоминал паб чем место проведение государственного эксперимента по исправлению преступников.
- Алекс, какого хрена здесь творится? - поинтересовался Бартел у приятеля, обводя взглядом толпу надзирателей, которые стояли у большого монитора в углу. - Вы что, заставили инженеров вывести картинку на телевизор?
- Да ребята мои прослышали, что тут Мучителя перевоспитывают, — Алекс почесал бритый затылок. - Вот и стало интересно. А тут оказывается еще и сам процесс охренеть какой захватывающий. Словно гонку в Ле-Мане смотрим.
- Ага, и как там дела?
- Да ничего, Броди, тот что начальник у инженеров говорит, что для Мучителя выбрали почти полсотни жизненных событий, которые он будет переживать пока не осознает и не поступит в каждой ситуации как добропорядочный совестливый гражданин. А до тех пор будет умирать раз за разом.
- Да, я в курсе, — кивнул Бартел, подходя к монитору. - Вроде как должны работать логика как с собачкой Павлова. Делай хорошо - получи конфетку. Делай плохо - получи по носу.
Алекс лишь пожал плечами. Будучи дитем улиц, его мало интересовали подобные заумные подробности. В отличие от возможности посмотреть на страдания наиболее резонансного серийного убийцы последнего десятилетия.
- Эксперимент окончен, группа сопровождения - внутрь!
На голос руководителя эксперимента среагировало четверо надзирателей в полном боевом обмундировании. Через минуту их уже было видно на экране. Двое безоружных сразу принялись что-то клацать на боковых панелях паноптикума. Остальные же взяли наизготовку шокеры, напоминавшие жезлы, и приготовились пустить их в ход при малейшем признаке агрессии со стороны Сэмюэла Люмиса.
- Пришлешь мне потом отчет о его состоянии? - спросил Бартел у Алекса. Тот лишь кивнул, продолжая что-то яро доказывать начальнику корпуса Е.
Покину ординаторскую, Бартел присел в курилке. Запах табака в конце рабочего дня действовал расслабляюще. А сегодня ему очень нужно было расслабиться. Но сделать это было не суждено. Сквозь стекло курилки он увидел как ведут Мучителя.
Возможно виной всему был долгий рабочий день. Возможно нервозность из-за проведения эксперимента. А возможно слова Джо Райта, которые Бартел не мог выбросить из головы весь день. Но из-за вида Мучителя он не сможет спать еще пару недель.
От статного спокойного мужчины, которым он его помнил, не осталось и следа. Вместо него надзиратели вели под руки человека, напоминавшего вчерашнего пациента дурдома. Люмис пытался сохранить гордую походку, но все его тело тряслось. Лицо цвета грязных листьев покрылось целой сетью морщин, которые старили Мучителя лет на двадцать. Но ведь были еще глаза!
Взгляд метался из стороны в сторону, в конце концов остановившись лишь на самом Бартеле. Именно тот момент подарил Бартелу бессонные ночи. Именно тот взгляд полный неописуемой боли, ненависти и ужаса человека, пережившего тысячу смертей, заставит Бартела подать прошение о закрытии проекта “Паноптикум”.
Автор: Edward_N1gma
Источник: https://litclubbs.ru/duel/592-skvoz-ad-i-obratno.html
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
#тюрьма #эксперимент #эксперимент #симуляция #калейдоскоп #Фантастика #ад
