ой переходный возврат в плане отношений с мамой закончился в 40 лет.
Примерно с двенадцати лет, я как и большинство подростков, начала отдаляться от родителей. С отцом я практически не общалась, мы жили отдельно. Вся боль доставалась маме. Было всякое, даже уход из дома.
Она очень мудрая женщина, ей хватило сил и терпения на все. И еще ей хватило силы воли и смелости отпустить меня в 18 лет в Москву одну одинешеньку. Ни разу она не пыталась меня отговорить, так как понимала что это бесполезно. Однажды она сказала такую фразу: - если у тебя ничего не получится, то будешь винить себя. Но, если ты не поедешь, то будешь всю жизнь винить меня, что я не дала шанс.
Когда я приезжала на каникулы в родной город, мама не могла на меня надышаться. И я когда я садилась в поезд обратно в Москву, она держалась до последнего. Но заходя в вагон, я видела как текли слезы по ее щекам. Все равно она продолжала улыбаться и махать мне пока поезд не скроется из виду.
Потом был долгий период, когда мы сильно отдалились друг от друга. У меня появилась своя семья, интересная жизнь в Москве. А мама казалась такой обычной и старомодной. Мне было с ней неинтересно.
Я сейчас пишу все это и мне ужасно стыдно и слезы текут по щекам. Я ругалась ней по поводу и без. Я пыталась доказать, что я сама знаю как мне надо.
Печаль в том, что я была не одинока в таком поведении. Большинство моих друзей и знакомых вели себя так же со своими родителями. Мы называем это конфликтом поколений. Мол, родители хорошие на расстоянии, а вместе с ними жить не возможно, конфликт неизбежен. Может и так. Я не собираюсь лезть в психологию и разбирать детские травмы, я не психолог. Я коуч и именно коучинг помог мне в 40 лет выйти их подросткового максимализма. В какой-то момент я задала себе два простых вопроса.
1. Кто мама для меня?
Мама не заменима никем и ничем. Уже не говоря про банальности, что меня бы не было без нее. И что она всем жертвовала, чтобы вырастить детей в девяностые. Сейчас я сама мама. И самый большой страх в текущей ситуации как накормить детей. Только сейчас я четко осознала ЧТО она чувствовала в моем возрасте, когда мысли были только об одном – будет ли моим детям завтра что -то покушать.
2. Что будет, КОГДА ее не будет. Именно когда, а не ЕСЛИ. Одно слово рушит все.
Честного ответа самой себе было достаточно, чтобы перевернуть мое сознание. Я точно знаю, когда ее не будет, большая часть внутри меня умрет. Я останусь на этом свете одна. Ни братья, ни сестры, ни дети, а уж тем более мужья не смогут ее заменить.
После этого осознания все то, что раньше могло меня раздражать и выводить из себя, вызывает только одну реакцию.
Я смотрю на нее и думаю: - Мама, живи! Просто живи.
