Найти в Дзене
Валерий Смирнов

ПРОДОЛЖЕНИЕ ХРОНИК ч.2

. Когда я проходил службу в С,А, в г.Советске, немецкое название Тильзит, в одну из командировок в г.Калининград мне удалось быть на месте обелиска, погибшим при взятии Кениксберга, где есть и имя моего дяди- Смирнова В.Е. В 1946 г. отец вступил в партию, и в тот же год ему представилась возможность поехать на одногодичные курсы юристов Прокуратуры СССР. Учёба проходила в Ленинградском университете, условия позволяли сдавать любые предметы экстерном, т. е. за счёт самостоятельной подготовки. Платили хорошую стипендию-1200 руб. и карточки- Литер А.-действующего офицерского состава. По окончании курсов ему предложили ехать в Амурскую флотилию зам. прокурора, в итоге получил назначение в посёлок Комсомольский прокурором района, Ивановская обл. На нём была форма юриста 1-го класса- пагоны капитана. Приступил к работе в сентябре 1948 г. в марте 1949 г. получил квартиру в 4-х этажном доме, на первом этаже, 3-комнаты. Для информации: в январе 1947 г. денежная реформа, отменеры карточки и уста

. Когда я проходил службу в С,А, в г.Советске, немецкое название Тильзит, в одну из командировок в г.Калининград мне удалось быть на месте обелиска, погибшим при взятии Кениксберга, где есть и имя моего дяди- Смирнова В.Е. В 1946 г. отец вступил в партию, и в тот же год ему представилась возможность поехать на одногодичные курсы юристов Прокуратуры СССР. Учёба проходила в Ленинградском университете, условия позволяли сдавать любые предметы экстерном, т. е. за счёт самостоятельной подготовки. Платили хорошую стипендию-1200 руб. и карточки- Литер А.-действующего офицерского состава. По окончании курсов ему предложили ехать в Амурскую флотилию зам. прокурора, в итоге получил назначение в посёлок Комсомольский прокурором района, Ивановская обл. На нём была форма юриста 1-го класса- пагоны капитана. Приступил к работе в сентябре 1948 г. в марте 1949 г. получил квартиру в 4-х этажном доме, на первом этаже, 3-комнаты. Для информации: в январе 1947 г. денежная реформа, отменеры карточки и установлены государственные цены на продукты и промтовары по всей стране. По рассказу моей матери, когда мне было около 2-х лет мы жили в Тейкове, старший 8- ми летний брат Владислав, брал меня на руки и выходил на лавочку около калитки, а утром и вечером мимо дома проходили пленные немцы и за конфетку или шоколадку давал пленным подержать меня на руках, я светловолосый, голубоглазый им это очень нравилось. Пленные ходили строем на торфоразработки под командой своих фельдфебелей, офицеров к работе не привлекали. В Комсомольске у меня происходили события, которые сохранились в памяти, мне уже шёл пятый год. Перед новым годом мы с отцом ходили в лес за ёлкой. Одевали мне тёплое пальто, валенки, шапку повязывали шарф, тёплые рукавицы, отец брал топор, сажал меня на санки, и мы ехали в лес, который был совсем рядом и кругом. Мы выбирали ёлку обтаптывали её и ехали дальше выбирать лучшую, помеченную ёлку уже никто не трогал. Рубили понравившуюся ёлку клали её на санки, я ехал на плечах у отца домой. Помню свою няню, молодую девушку из деревни, она жила у нас постоянно, мать и отец работали, брат ходил в школу. Почему няня- ВОПРОС. Мать рассказывала- ещё в Тейкове меня определили в садик, до этого я всё время был со своей бабушкой. Нашу группу повели на прогулку, мой возраст около 4-х лет, рядом железная дорога, за дорогой поляна, она тянулась вдоль ж. дороги. Было тепло летали бабочки, много полевых цветов, на пути, на верёвке привязан бычок, который пасся на этой поляне, так получилось, что сопровождающие воспитатели провели всю группу мимо бычка, а я где-то присел в траве и когда попытался пройти мимо бычка, он замычал нагнул голову и пошёл на меня, я испугался и прибежал назад, в садик. Меня никто не заметил, в фойе забрался под круглый стол, с которого свисала скатерть до пола, и уснул. Мать потом рассказывала, как меня долго искали, плакали, кричали друг на друга до тех пор, пока я не вылез, из под стола. С этого момента при слове садик у меня начиналась истерика и родители вынуждены нанимать мне няньку. В холодные зимние ночи в городок ночью забегали волки. Слышал, как мать с отцом говорили, что собирают охотников на облавы, я раза два ходил смотреть на убитых волков, которые лежали около подъездов. Они казались очень большими, оскаленные морды с прикушенными языками.