Бывшие одноклассницы, а ныне студентки, подруги Ольга и Елена сидели за вечерним чаепитием в гостях у последней. Смеркалось. Наступал один из тех прекрасных июньских вечеров, когда выйдя на улицу и вдохнув всей грудью воздух, исполненный ароматом цветущей акации, слыша разноголосое щебетание птиц в роще и тая от нежного прикосновения тёплого ветерка, ты всей душой желаешь, чтобы эта прекрасная пора никогда не кончалась.
Елена сидела в задумчивости, склонив набок голову и монотонно мешая сахар в чашке. Чайная ложка, как язык колокола, мерно бренчала о стенки сосуда. Ольга с интересом рассматривала выкройки в журнале мод. Елена перевела глаза на подругу и спросила:
-Оль, скажи, а твоя мама ничего обо мне не спрашивала?
Не желая отрываться от просмотра, подруга уточнила:
- Нет. А что, должна была?
Елена сменила положение на стуле и, оперевшись подбородком о кулак, продолжила:
-Ты знаешь, мне недавно такой странный сон приснился... Помнишь дом, где жил безумный, что его поджёг?
-Тот, в котором потом Пашка повесился?
-Да. Снится мне, что я оказываюсь ночью на поляне перед ним. Заросли высокой травы в пояс, а я иду ... Там горит свет. Глазницы проёмов окон мерцают, как от тысячи свечей... Идёт праздник, костюмированный бал... Тайный шабаш, недозволенное веселье...
-Вот это да! Какие сны тебе снятся. И ты не испугалась?- Ольга удивлённо смотрела на Елену.
-Ты знаешь, мне было не страшно. Я чувствовала, что меня они не видят, я как будто в шапке-невидимке. И поэтому решила подглядеть. Из комнат доносилось высокое женское пение, многие смеялись.... Хотелось узнать: что происходит? На небе - яркая одинокая луна. Так низко, что можно рассмотреть её поверхность. Святящаяся луна просто огромна!
-Ух! Мне жутко...- Хохотнула Ольга и поёжилась, показывая на руке мурашки, - Как тебе не страшно?...
-Не знаю... Я приблизилась к окнам, чтобы подсмотреть. На болотах, что рядом, во весь голос квакали лягушки. Они просто кричали, оглушая вместо громкой музыки. Но это было так красиво!... Так чарующе!... Огромная белая святящая луна перед прудом за домом, с бликами мерцающих огоньков на водной глади... И как будто повсюду в этой волшебной ночи по очереди распускались огромные цветы с нежнейшим ароматом... Воздух дрожал, ото всюду шло испарение...
Я прильнула к окнам, надеясь, что среди всех этих магических звуков ночной природы, а так же в темноте меня не будет ни видно, не слышно. Ты знаешь, там и впрямь было какое-то торжество... Кто-то периодически громким навязчивым визгливым голосом что-то выкрикивал, и раздавались ответные ахи, охи, реплики... Слов я разобрать не могла, хоть очень хотела. Помню только, что в какую-то минуту я поняла, что совершила досадный промах. Потеряв бдительность, высунула всю голову целиком в проём окна. На чём и погорела: все разом, как почувствовав меня, обернулись и уставились. И я услышала громкий визгливый женский голос из рупора: "А она что здесь делает?"...
Я сорвалась с приступка, на котором держались ноги, и бросилась бежать через поле. Но в высокой траве, или уж по каким-то другим причинам, ноги вязли и создавалось ощущение, что топчусь на месте, не смотря на все усилия... Я чувствовала, кто-то страшный, просто ужасный сзади идёт за мной. Это был низкий старик, похожий на гриб, с палкой и злыми чёрными глазами. Злой древний дух, старик-боровик. Его ненависть ко мне была просто безмерна. Столько чёрной мрачной ненависти я не ощущала никогда. Казалось, он убьёт меня и ничуть не пожалеет. Будто это было просто смыслом его существования. Злой дух почти настиг меня, как я проснулась...
-О ужас! - Выдохнула Ольга.
-Это ещё не всё. - Елена продолжала: - В следующую ночь я проснулась от того, что на кухне льётся из крана вода... Встав, пройдя на кухню и выключив почему-то включенную воду, по дороге назад в зеркало в полной темноте я увидела отражение твоей мамы, тёти Таи.... Лицо её было бледно, а глаза горели, как два угля. Она спросила: "В гости захотела?...", и я снова проснулась, не понимая, где быль, а где сон.
-Ой да ладно тебе, ты просто умоталась. Не высыпаешься, зубришь ночами конспекты, вот и снятся тебе потом всякие ужасы.
-В следующее полнолуние сон повторился. Я снова пробиралась по высокой в пояс траве, среди камышей, квакающих лягушек и стрекочущих цикад. Внутри меня была лихая глупая бровада. На самом деле я чувствовала, что что моё любопытство играет со мной злую шутку, но поделать с собой ничего не могла.
-Ну ты даёшь...
-В этот раз я ощущала, что хозяин дом в курсе, что я иду. Совершенно его не зная, я чувствовала, что он видит меня и ждёт... Ему было приятно, он расценивал это, как жест поклонения и симпатии, хотя я преследовала совсем другие цели. На доме была его защита: не посвящённым он казался таким же пустым, с глазницами чёрных окон и гуляющими там сырыми сквозняками. Только посвящённые, кого позвал хозяин, знали, что там праздник и спешили на торжество.
-Торжество чего? Ведьм?
- Я не могу точно сказать, что именно там происходило, но скорее это было торжество нечистой силы, чем что-либо другое... Да...
Я не собиралась заходить, мне опять хотелось только подсмотреть. Но вдруг отчего-то стало так смешно, будто защекотали. Я прониклась той же непонятной и глуповатой радостью, от чего хохотали все гости этого дома по чьей-то команде из рупора, как марионетки, дёрнутые за верёвочку. И, совсем забыв про осторожность и завертевшись вокруг своей оси - вмиг очутилась в центре зала.
Там действительно горело множество свечей на старинных золотых подсвечниках. Пол был выложен крупной чёрно-белой плиткой и стилизован под шахматную доску. По периметру зала находились роскошные мягкие диваны бардового цвета, прошитые золочёными нитями в виде ромбовидного узора. Красивые мягкие стулья с высокими спинками и серебряными ножками стояли вкруг длиннющего стола, сервированного изысканными блюдами.
Не скажу что мне были рады. Рассматривали меня больше с удивлением. Некоторые не стеснялись и подходили вплотную, принимаясь разглядывать через пенсне. Не смотря на общее веселье и периодический хохот всех, как по команде, над какой-то не сказать, чтоб очень смешной шуткой, которую декларировал всё тот же визгливый голос невидимого мне существа, ото всех веяло холодом и равнодушием.
Откуда-то я знала, что в другой комнате, совершенно один, спиной ко всем, на троне восседает хозяин дома... Сам он никого не видел напрямую, никто не видел и его, но присутствующие знали, что он видит всех, как на ладони, ревностно читая мысли каждого... Гости любили его какой-то гадкой, подобострастной любовью, пытаясь выпрыгнуть из штанов, чтобы понравится и угодить. Он же по-своему проявлял к ним свою милость и снисходительность, бросая её, словно кости голодным собакам...
После этих слов Елена взором ушла вглубь себя. Глаза её, с увеличенными зрачками, были широко открыты. Будто она продолжала заворожённо рассматривать какую-то картину...
-Ой, какие страсти, честное слово. Меня бы от таких ужасов давно кондрат схватил. - Посочувствовала подруга.
Вдруг Лена подняла глаза и сказала:
-А ведь мама твоя тоже в этом доме... Я её там видела...
-Ой, ну что ты! Не может быть. Даже не говори мне об этом! Это уже слишком, перебор, понимаешь?
-Её имя там баронесса Теофильда...
-Нет-нет-нет! Не хочу ничего слышать! Бред какой-то, не обижайся.
Но Лена и не обижалась. Она, как зачарованная, уставилась в одну точку, и, словно видя картинку перед собой, продолжала описывать.
-Я многих там уже знаю... А ведь мы даже не общаемся. Просто раздаются в рупор непонятно кем высоким резким голосом произносимые шутки - и все, как марионетки, смеются. А мрачный хозяин сидит в другой комнате, невидимый нам, и радуется, что нашлись те, кто его "любит" и готов ему служить. Всё происходит на уровне мысли и какого-то предзнания.
Вот уже какое полнолуние я бываю там. Хотя душу не покидает постоянное чувство, что в дом ходить нельзя. На уровне интуиции: там какая-то западня... Просто тебе это не объясняют. А когда выяснится - будет слишком поздно... Скоро опять будет какое-то торжество. Я чувствую, все его ждут. И почему-то думаю, что оно будет касаться меня...
Сколько там иногда гостей!... И ныне живущих, прилетающих на торжества издалека, и давно умерших, высасывающихся с глубин преисподней... Кажется, что в одном доме всем и не уместится. Но открываются какие-то параллельные миры, порталы, смежные реалии, временные наслоения, и мы все оказываемся там, одновременно. Не хочу тебя огорчать, но хочу предупредить, хотя знаю: не поверишь... Мама твоя тоже там... Она - необычная женщина. Ты многого не знаешь о ней...
-Ты меня пугаешь. Брось выдумывать. Дались тебе эти сны? Опять же - мама моя... При чём там она? Лена, мне за тебя страшно...
-А назови её как-нибудь между прочим баронессой Теофильдой... И всё поймёшь. Кстати, это она меня туда и привела. Она меня первая засекла и хозяину про меня рассказала...
-Ой, Лена... мне тебя жалко. Эти сны, они тебя... Попробуй в полнолуние не спать? Или молиться?
-Поздно, Оля, поздно. - Лена посмотрела с грустной улыбкой, -Ты думаешь, я не пробовала? Уж я и свечи зажигала, и молилась... Но посреди ночи с грохотом распахивалась входная дверь и ледяным ветром задувало мою свечу... А тело моё подхватывало и бросало на кровать. В это время я чувствовала, что "он" очень злится на меня за то, что я пытаюсь скрыться. Приходит сам, но стоит чёрной тенью за порогом, не в силах войти от запаха ладана. А рядом - мать твоя, как самая преданная слуга. Тянет мне за порог какую-то бумагу и истошным криком требует: "Подписывай! Подписывай!" Я же лежу на кровати в оцепенении и всеми силами желаю, чтоб они не смогли пройти внутрь и не стали силой принуждать меня.. Я пока держусь...
-Ужас! Мне прям плохо. Ну можно же тебе чем-то помочь? Сходи в храм, к батюшке. Пусть освятит квартиру... Хотелось бы, конечно, чтоб это всё были лишь твои страшные сны. Снятся же кошмары людям...
-Я бы тоже хотела, чтоб это были лишь мои сны. Но думаю, что это уже
больше... Знаешь ведь, что твоя мама уже дважды приходила к нам в гости?
-Да? Она ничего не говорила. Странно...
-И я не ожидала. Для меня было, как гром и молния, когда, выйдя в коридор, я её увидела... Ну мой испуг-то можно понять, у меня ассоциация со снами. Но и мама моя удивилась. Никогда тётя Тая до этого к нам не приходила. И повода в этот раз так же не было...
-А что дальше?...
-Они с мамой попила чай на кухне. А потом она подарила подарок... Мы когда развернули - поверить своим глазам не могли: какое-то красное с чёрными вкраплениями и волосами самоварное мыло; поломанные восковые свечи и.... фотография....
-???.....
-Старинная пожелтевшая от времени черно-белая фотография дома, перед которым выстроился ряд неизвестных на первый взгляд людей. Но присмотревшись, мама угадала во многих наших прежде почивших родственников... Я же - узнала дом... Ему, оказывается, столько лет...
-Ой, ты такие вещи говоришь... Я не могу поверить. Покажи.
Елена развел руками:
-Мыло мы сразу выбросили, свечи -следом, а вот фотография... Её мама решила оставить дома, в память о родственниках. Но когда чрез три дня я сунулась зачем-то в сервант - вместо фото лишь чёрное перо в пепле сожжённой бумаги... Вот такие дела. И пришли они ко мне в эту ночь...
-Кто? ...
- Родственники мои. Что на фотографии. Мне же никогда не рассказывали, что у нас в роду было много колдунов... И тут, представляешь, являются они все ко мне, человек десять... А я, хоть и первый раз их вижу - знаю имя каждого и кем он мне доводится... Что это? Откуда я их знаю?...
-Это был сон?
-И сама не поняла. Всё перемешалось: быль, небыль... Но я бы скорее сказала, что нет... Открываю ночью глаза, иду на кухню (снова кран открыт), возвращаюсь - стоят в комнате полукругом возле моей кровати все эти родственники в чёрных плащах. Как ку-клус-кланы, честное слово... Общались мы на уровне мыслей. Я слышала мысль каждого. Лица были обращены в пол, их почти полностью прятали капюшоны.
Узнала я, что уже много поколений наш род служит этому хозяину. Но однажды цепь была прервана: попал под трактор дядя мой по папиной линии, Трофим. И вот теперь у них, якобы, вся надежда на меня... Просили не отказывать, взять какую-то силу... А при чём здесь я? Не могу понять...
-А ты что?
-Я хотела им сказать, что не хочу. Потом думаю: не отстанут. Сказала, что подумаю. А пока спать хочу, пусть уходят.
-Кошмар какой-то...
-Да уж... - грустно и немного обречённо произнесла Елена. - Вот, скоро опять полнолуние, и я уж не знаю, что будет.... Чувствую, ждёт меня какой-то сюрприз... А знаешь, почему твоя мама выбрала меня? Она должна была кого-то привести. И защитила от этой участи тебя. Потому что заниматься этим - это уже не жизнь... Поверь мне... Себе ты не принадлежишь, служишь хозяину и никуда не можешь деться... Сложно расторгнуть договор. Все, кто подписал - попали в сети и не могут выбраться. И ловят в них другого по какому-то гадливому и подлому расположению душ. В том смысле, "чтоб не одному пропадать..."
Подруги распрощались, Ольга в недоумении пошла домой. Что происходит с Еленой? Какие кошмары могут иногда мучать человека! Ей было искренне жаль подругу, но она не знала, как помочь.
А в следующее полнолуние Елена ушла из дома. Нашли её утром в заброшенном доме, без сознания, всю избитую, в ссадинах и синяках. На почерневшей от пожара стене по саже было выведена странная надпись на латыни, расшифровать которую никто не смог.
Её доставили в реанимацию. Неделю она пробыла в коме. Ольга периодически навещала свою подругу, всякий раз вспоминая её странные сны...
Удивительное спокойствие при известии об этом обнаружила её мама... Встретила её однажды со словами, в которых угадывалась некая издёвка: "Всё лежит твоя Лена?"
"Уж не баронесса ли она на самом деле?" - не зная, как это объяснить, начинала про себя думать Ольга.
Через неделю подруга открыла глаза. Она лежала спокойная, умиротворённая, просветлённая. Ольга, увидев её живой и в таком состоянии, очень обрадовалась.
-Ленка! Всё будет хорошо! Ты выздоровеешь, вот увидишь!
Лена же, повернув к ней голову, сказала:
-Оля, если бы ты только знала,что со мной было, и где я была... Я видела и рай, и ад. Знаешь, как там страшно! Как там людей мучают!... Это невыносимые страдания... И помочь им можем только мы, своими молитвами. Как они меня просили, чтоб я за них молилась! Но меня над ними несли ангелы, и я сама не знала свою участь, и останусь ли я в живых...Имена, имена, как они кричали мне свои имена!... За них ведь никто не молится, их родственники даже не знают, что они там.
-А как ты в дом попала? Ты сама туда пришла?
-Оля, я ничего не помню. Помню только, что во время сна снова была в этом доме, хозяин которого ждал, когда же я соглашусь служить ему, как мои прадеды. Я же стояла, растерявшись, среди всех этих вновь прибывших гостей, которые ходили вокруг меня и рассматривали с хитрой и коварной улыбочкой, периодически перешёптываясь и обсуждая. Поскольку на мне был крестик, кто-то постоянно плаксиво жаловался хозяину: "Она не наша..." Но тот молчал и ждал. Все ждали и молча заставляли.
Вдруг за спиной я услышала тихий голос: "Если выберешься отсюда - помолись за меня..." Я не оборачиваясь, спрашиваю: "А кто ты?" Голос говорит: "Твой дядя, который отказался ему служить. За что меня и убили... Сейчас я здесь, с ними, но они глумятся надо мной, заставляют прислуживать в роли лакея. Меня презирают за отступничество. Получается, я свой среди чужих... Помоги мне. Помолись. Если выживешь - вспомни обо мне..." Я обернулась и увидела жалкого побитого мужичка в образе крысы, во фраке и с подносом в руках. И он тут же шмыгнул обслуживать гостей.
Вдруг я очутилась в другой комнате, где сидел он: хозяин дома.. Я видела лишь спинку трона, но чувствовала его мрачный, желчный, исполненный ненависти и обиды на весь свет тяжёлый характер. Казалось, его терзает какая-то недооценённость. Мы оба молчали, он чего-то ждал. И хоть мысли о молитве в тот момент в голову вообще не приходят и перекреститься - кажется чем-то несусветным и не выполнимым - я сделала над собой усилие, взяла в руки крестик и поцеловала его... Последнее, что я помню-волна такой лютой ненависти ко мне, как к кровному врагу, что этой волной меня просто отшвырнуло к стене и я потеряла сознание...
Ты знаешь, Оля, - продолжала рассказывать какая-то одухотворённая Елена, пребывая в состоянии светлой и безмятежной радости, - я видела Бога... Он - Сам Свет... Я видела Господа в виде Старца, который просто светился, источал невероятный тёплый туманный свет... Как с Ним рядом хорошо! Ты не представляешь! Такой покой! Такое блаженство! Такая отрада! Оля, Он такой добрый, если бы ты только знала! Этого не испытать на земле... Если бы только люди знали, каков Господь... И как Он Свят...
И ты знаешь, - закончила Елена, - я ведь не подписала... Они от меня отстали. Больше никто меня не тронет. Потому что я всё выдержала.
По прибытии домой, Ольга первым дело поделилась радостной новостью о выздоровлении подруги с матерью. И с удивлением уловила промелькнувшую гримасу злости и разочарования на её лице... Мать вовремя отвернулась, сделав вид, что всё обычно, но происходящее всё больше не давало девушке покоя. Она не выдержала и вдруг спросила:
-А кто такая баронесса Теофильда?
Мать медленно перевела на неё глаза, улыбнулась какой-то чужой загадочной улыбкой и ответила:
-А, ты всё знаешь... Что, рассказала?... Зря радуешься о подруге. Теперь ты просто не представляешь, что тебя ждёт...
Ночью Ольге в первый раз приснился тот дом...
-------------
Все события являются вымышленными. Сходства случайны)
-