Это место вошло в его жизнь тихо, незаметно, без фанфар и фейерверков.
Спасительные выкрутасы интуиции не подняли тревогу, не пришло непонятное ощущение, похожее на чужой взгляд, упёршийся под лопатку, заставляющий рыскать взглядом в поисках источника. Внутреннее напряжение не росло, переходя в ожидание чего-то важного, большого, скорого, плохого, хорошего. Никак не поменялся внешний звуковой фон, не играла тревожная или особенно красивая музыка. Ни беды, ни радости не ждал он.
Вторник.
Обычный день обычного месяца средней паршивости года, в который нет времени посмотреть по сторонам, и все мы живём в туннеле между мелкими целями. Встать, умыться, позавтракать, офис, кофе, телефон, почта, обед, повторить, магазин, дом, ужин, сериал, умыться, спать. Большинство людей проводят так годы, в разных точках одного из мелких туннелей, не видя общего пути даже на день вперёд. Мы сами охотно и, иногда, даже радостно выстраиваем эти переходы. Сначала это просто нарисованные мелом тонкие стрелочки, облегчающие путь от сна к сну. Зачем думать о сегодняшнем дне, скучном и обыденном, когда впереди есть такое интересное? Выходные с мероприятием, пятничная попойка с друзьями и коллегами, отпуск, свидание, новый год, крупная покупка...много интересного "не сегодня".
Постепенно стрелочки становятся дорожными знаками, меняются на ограждающие верёвочки, те становятся защитными ограждениями, перерождаются в стеклянные своды туннеля(чтобы и на дождик не отвлекаться). С годами стекло становится всё толще, исключительно для нашей безопасности, теряет прозрачность. Вот уже вокруг вас мутное оргстекло, пока пропускающее свет. Но зачем он вам, этот сторонний свет? Впереди новая точка, мы не отвлекаемся. И, вуаля, вы уже двигаетесь от точки до точки, от света к свету, по удобной, сухой, тёплой, уютной пещерке, с подобранной под себя и строго выверенной влажностью воздуха. Это становится привычным. Мы начинаем гордиться этой привычкой и неизменностью. Я всегда обедаю в этом кафе. Сигареты только такие. Отпуск обязательно с 10 августа. Карьера и семья двигаются нами по той привычке, навязанной извне. Ну как же не искать место потеплее и посолиднее? Как не "расти горизонтально и вертикально"? Без детей? Как это? Стрипухи и любовницы для состоявшихся мужей. Симпатичный тренер для жён. Лучше остановлюсь сейчас, потому что таких привычек бесконечное множество.
Мы сами не замечаем, как туннели перестают быть средством, облегчающим жизнь, позволяющим легче переносить рутину. Наша жизнь становится средством поддержания мутных замкнутых стенок. Ежедневная трагедия, незаметная для большинства. Потому что трагедии вообще нет на карте стеклянных и каменных трубок.
Он не был исключением. Разве что мог иногда заглянуть на неделю пещер вперёд, начать осмысливать...и гнать такие мысли подальше. В одной хорошей книге действующие лица отгоняли от себя "ненужные" мысли с помощью уколов английской булавкой. Так и он действовал психологическими аналогами булавки: это просто депрессия, кризис среднего возраста, загнался я что-то, да просто с женой поссорился....тысячи их, булавок, не позволяющих задуматься.
Поэтому, было очень странно, что в обеденный перерыв, мчась от клавиатуры к тарелке, неяркий отблеск привлёк его внимание. Никаких отблесков здесь быть не должно. И уж тем более обращать на них внимание - зачем? Это было... дискомфортно. Пришлось остановиться, повернуть голову, почти заболела шея от непривычного, незаконного действия.
Вот, опять. Какой-то отблеск там, где раньше всё сливалось в тёмно-красных оттенках грязных кирпичных стен, изредка разбавленных граффити. Но сейчас, сейчас это было не очередное творение "искусства улиц". Что-то другое, оставившее чуть тепловатый след на роговице. От этого и не давал покоя. Привычно включились "булавки": искры сварки, что-то попало на линзы, граффити, блеск падающей воды от кондиционера...
Но..."туннели" существуют и во времени. И он уже отстал от графика. Всё вместе это заставило "булавки" сработать крайне эффективно. Ноги всё решили сами, ускорились, нагоняя привычные координаты вторничного маршрута. Вместе с правильными координатами его поглотило привычно-мягкое ощущения размеренности, и в этом растворилось воспоминание о нечаянном нарушении законного порядка.
Только в уголке глаза остался даже не след, а небольшое воспоминание о следе, знание о воспоминании о следе. Настолько незначительное, незаметное, почти забытое, что его почти не существовало. Именно это и спасло след - ни один защитный механизм его не посчитал угрозой.
Прошёл ещё один вторник, за ним другой, третий. Маленький «след», как оказалось, попал ровно туда, где мог не погибнуть. Следующие недели отблеск не таял, но рос, медленно, незаметно, и системы защиты привычной реальности не замечали своего уже явного поражения. Пройдёт ещё немного времени, и наш герой остановится. Отключит телефон, забудет про важный зум, и будет сидеть на незапланированной скамейке, подставляя солнцу лицо, глядя на слабую траву, пробившую камень тротуара. А вокруг него раздаётся неслышный грохот и звон рушащихся туннелей.