При Сулеймане Великолепном государство достигло небывалой степени развития, в результате его внешнеполитической деятельности османы присоединили множество новых территорий.
Неутомимый завоеватель и успешный реформатор
В ноябре 1494-го турецкий правитель Селим I и его супруга Айше Хафса объявили подданным о появлении на свет наследника Сулеймана. В стамбульской дворцовой школе будущий султан, прозванный впоследствии Великолепным и Кануни (законодателем), получил прекрасное образование и воспитание.
Трон Османской империи Сулейман занял накануне своего 26-летия. Наподобие Соломона, мудрого царя, равно почитаемого христианами, иудеями и мусульманами, он в начале правления пытался подражать своему тёзке. Но увы, несмотря на гуманные жесты, Сулейман Великолепный, подобно отцу, прозванному Грозным, грезил о военной славе.
В 1521-м он уничтожил Белград. Через год он начал новую кампанию против рыцарей-иоаннитов на острове Родос. Потеряв за полгода осады половину своего 100-тысячного войска, он всё же смог покорить цитадель крестоносцев. К 1529-му Османская империя уже контролировала Красное море, окончательно утвердилась в Алжире, завоевала Боснию, Герцеговину и Славонию. По прошествии нескольких лет в подчинение султана вошли Ирак, Тунис и Молдавия.
Таким образом, к концу правления султана его военная биография насчитывала 13 крупных военных походов, 10 из которых были завоевательными кампаниями на европейской территории. Османская империя никогда ещё не была столь сильной и могущественной. Её земли простирались от Алжира до Ирана, Египта и почти до порога Вены.
Но не только в военном деле преуспел сын Селима Грозного. Не зря ведь его называли султан-законодатель? За годы своего правления Сулейман обновил свод законов, действовавший вплоть до 20-го столетия, до минимума сократил список преступлений, предусматривающих смертную казнь и нанесение увечий. Из любви к обучению Сулейман приказал построить школы и университеты.
Падишах-ювелир
Увлечение каким-либо ремеслом было общим местом в биографии османских султанов всех времен. К примеру, известно, что Мехмед III с лёгкостью мог изготовить стрелы, Ахмед III проводил часы за таким кропотливым занятием, как каллиграфия, а Абдул-Хамид II собственноручно мастерил резную мебель. Было хобби и у Сулеймана I — он работал с драгоценными камнями и благородными металлами, создавал из них настоящие произведения ювелирного искусства.
В книге «Сулейман. Султан Востока» американский историк-популяризатор Гарольд Лэмб отмечал, что даже военные походы падишах начинал в «присущей ему неспешной манере». Любимое увлечение Сулеймана вполне подтверждает этот тезис: заниматься столь филигранным мастерством мог крайне усидчивый, внимательный человек, которому некуда торопиться.
Султан глазами иностранцев
Сохранились описания Сулеймана Великолепного, составленные внимательными иностранными послами. Интересно, что впечатления эти весьма противоречивы. Так, венецианский посол Брагадин в 1526 году охарактеризовал султана в личном письме следующим образом: «По своему характеру он меланхоличен, очень неравнодушен к женщинам, великодушен, горд, вспыльчив и вместе с тем иногда очень нежный».
Другой же дипломат, Даниэль ди Людовизи, оставил иную характеристику. По его мнению, у Сулеймана «меланхоличный характер, более пригодный для досуга, чем для дел. Говорят, его редко что-то беспокоит. В нём нет ни силы, ни расчётливости, необходимых для такого великого монарха».
Поэт всея империи
Султана привлекала не только кропотливая работа руками, но и умственная деятельность: падишах писал стихи, некоторые из которых сохранились до наших дней. Одно из его произведений называлось «Он тот, кто ищет друга»: «Тот, кто выбирает бедность, не нуждается в величественных дворцах. Не хочет он ни хлеба, ни милостыни, но лишь испытания болью. <…> То, что люди называют властью, это вселенская борьба и бесконечная война. Единственная радость на земле — уединение отшельника».
Султан не только писал сам, но и покровительствовал другим талантливым поэтам своего времени. Пожалуй, самый яркий пример — это поэт Бакы, который был приближен ко двору и даже неофициально именовался «султаном поэтов».