Анна с волнением переступала порог родного дома. Она не было здесь больше четырёх месяцев. Сейчас её волновало, что же приготовил муж для дочки. На все её вопросы он отвечал, - Не волнуйся, родная, я уже все сделал. Есть и кроватка, и коляска. Я всё купил. Вместе с твоей мамой взяли ткань, и она пошила пеленки.
Нет, конечно, Анна была довольна и фланелевым одеяльцем, вставленный в кипенно белый пододеяльничек с выбитым узором. И пелёнками, прошитыми на машинке. И крохотным чепчиком, и распашонкой, в которую одели малышку. Ей было только немного жаль, что она сама не могла выбирать и шить всё это. Что сама ничего не приготовила для своей малышки. Только что и сделала, что научилась вязать крючком и связала малипусенькие пинетки и шапочку.
Войдя в комнату, первое что она увидела, плетёную из лозы колыбельку, подвешенную к кольцу на потолке возле их с Фёдором кровати. Оглядевшись заметила и заводскую деревянную кроватку, застеленную матрацем и простынкой.
- А коляска в чулане стоит, убрал, чтобы не мешала на дороге,- произнёс Федя.
- Вот тут в комоде, все пеленки, распашонки, кофточки,- проговорила мать, выдвигая длинный ящик комода, наполненный детским приданым.
- На первое время всё есть, остальное докупите со временем. Вот тут я отдельно сложила подгузники из марли что пошила, да старый пододеяльник ваш порезала.
- Спасибо мама. Федя и тебе спасибо. Как всё здорово вы сделали и зыбку где-то достали. - У Ани на глазах стояли слезы.
- Так-то Федька, Зойкин муж сплел. У него это хорошо получается - сказала Нина Фатеевна. - Клади, давай свою принцессу, да пойдем обедать, пока спит.
Они сидели и ели домашнюю лапшу с курицей, разговаривали о деревенских новостях и на душе у Анны царило безмятежное счастье.
Фёдор позаботился обо всём. Он купил и начистил новую ванну. Даже прокипятил растительное масло и слил в отдельный бутылёк. Вата, бинты, градусник ртутный и для воды, йод и зеленка. О чём бы Аня не спросила, всё уже было припасено.
- Какие же вы у меня молодцы, - растроганно произнесла молодая мама.
Проснувшись, закряхтела малышка и все трое взрослых склонились над ней, знакомясь с отныне главным жителем дома.
Фёдор умилялся, глядя на крохотные пальчики своей дочки. А когда Светланка рефлекторно зажала его палец в своей ладошке он понял, что любит эту кроху, что она взяла его сердце в плен, раз и навсегда.
А вечером нагрев воды, первый раз искупали девочку. И хотя Анна не раз помогала сёстрам с их малышами, со своей дочкой ей было немного не по себе. Хорошо, что рядом была невозмутимая бабушка.
Светочка была спокойной девочкой, охотно брала грудь, активно сосала, мало плакала. И Аня купалась в счастливом материнстве.
А бабушка спустя месяц засобиралась домой.
- Как там мой дед без меня. Наверное, весь огород травой зарос. Я картошку вам прополола Аня, а окучивать уж сами будете. Поеду я домой, пожалуй, дочка. Вот завтра, либо послезавтра. Хватит уже, ты теперь и сама справишься.
- Хорошо мама, спасибо тебе за помощь. - Аня обняла мать, хоть Анне и жаль было отпускать мать, но она понимала, что навсегда она остаться у них не может. - Давай в воскресенье, Фёдор тебя увезёт и на автобус посадит.
На том и порешили.
Фёдор пришел на обед домой и принёс с десяток маслят и сыроежек.
- Грибы пошли - сказал он, выкладывая их на залавок.
- Ой, как же мне хочется в лес-то. - мечтательно произнесла Анна. - Не скоро я теперь схожу.
- Так сходите завтра, ненадолго, - предложила мать,- сцеди мне молоко, да и идите, а я со Светочкой посижу. А то и правда, в лес не скоро еще выйдешь.