С соседкой Олеся познакомилась три года назад, когда Марина с мужем и детьми въехали в трёхкомнатную квартиру, которую они взяли в ипотеку. Марина, женщина общительная и добродушная, быстро перезнакомилась со всеми соседями в своём подъезде, а с Олесей они даже немного подружились. Муж Марины был дальнобойщиком, часто уезжал в рейс, и женщина иногда приглашала Олесю в гости на чай. К себе Марину Олеся звала редко, и соседка давно уже догадывалась почему.
Эти нечастые посиделки с Мариной были для Олеси чуть ли не единственной радостью и отдушиной. С подругами она практически прекратила общение, да и времени для встреч с ними у неё попросту не было. С родственниками женщина тоже свела общение к минимуму, больше ограничиваясь телефонными звонками. Ей не хотелось расстраивать родителей истинным положением дел в своей семье.
Начало здесь. Предыдущая часть
Олесе было стыдно и неловко, что всё так складывается. Она чувствовала, что родители обижаются за то, что она редко их навещает, но сказать им правду у неё не хватало духу. И с сестрой она не делилась своими проблемами. Лена жила с мужем хорошо, её Кирилл был настоящим мужчиной, надёжным и любящим.
Олеся была рада за сестру, но в то же время понимала, что где-то в глубине души завидует ей. Ведь когда-то и она считала, что вытянула счастливый билет, и её Павел и есть тот самый человек, с которым она разделит жизненный путь и будет по-настоящему счастлива.
С Мариной Олеся особо не откровенничала, они просто болтали на самые разные темы. Соседка больше рассказывала о себе, женщина она была очень словоохотливая. А Олеся умела слушать. И всё же Марина давно сделала выводы о том, какая обстановка творится в семье молодой соседки.
Она пыталась вывести Олесю на разговор, но та неохотно рассказывала что-либо о своём муже. Марине же было жаль Олесю. Она не раз видела, как та возвращается из магазина с тяжёлыми пакетами, в то время как её муж пролёживает бока на диване. Марину возмущало такое положение вещей, она не понимала, как можно терпеть мужа - бездельника, и ей давно хотелось серьёзно поговорить с Олесей, достучаться до неё.
***
Пирог, который испекла Марина, был удивительно вкусным. Тесто просто таяло во рту.
- Поделишься рецептом, - попросила Олеся. – Давно своих домашней выпечкой не баловала.
- Рецептом, конечно, поделюсь, но хорошо бы, если не только ты баловала бы свою семью, но и они иногда хоть что-то для тебя делали.
Олеся промолчала, она не знала, что ответить Марине. А та продолжала:
- Твой муж тебе цветы когда в последний раз дарил?
- Не помню, - честно призналась Олеся. – У него и денег-то нет на цветы…
- Ладно. А комплименты говорит? Слова ласковые?
- Нет, - вздохнула Олеся.
- О чём я спрашиваю, какие там ласковые слова, если он тебе даже увесистые сумки из магазина не помогает донести... Мой Антон перед рейсом всегда сам продукты закупает, чтобы у нас всё было, и чтобы я тяжести не таскала. Слушай, а зачем ты вообще с ним живёшь? Зачем тянешь на себе эту тяжёлую ношу? Любишь так сильно или боишься дочь без отца оставить? – Марина решила спросить прямо.
И Олеся поняла, что не может больше держать всё в себе, ей просто необходимо выговориться и рассказать кому-то обо всём, что творится в её жизни и в её душе.
Марина внимательно слушала соседку и не перебивала, хотя порой так хотелось возмутиться и даже вставить крепкое словцо. Олеся рассказала ей о своей жизни с того момента, как познакомилась с Павлом, обо всех своих надеждах и планах, которые постепенно разрушались и превращались в пыль… О том, как она устала быть ломовой лошадью, как давно перестала чувствовать себя любимой и желанной женщиной, и ей всё чаще кажется, что жизнь загнала её в тупик.
- А ведь я долгое время ничего не замечала. Просто жила так, как привыкла. Терпела, потому что мне казалось, что у меня нет выбора… Пока люди со стороны не начали говорит мне о том, что я плохо выгляжу и что совсем не ценю себя. Видимо, уже совсем всё так скверно, раз бросается в глаза, - грустно улыбнулась Олеся.
Марина налила им ещё по кружке чая и, отрезая пирог, сказала:
- Олеся, это не жизнь загнала тебя в тупик, это ты сама себя загнала и продолжаешь загонять. И почему ты говоришь, что у тебя нет выбора? Выбор есть всегда.
- А какой у меня выбор? Я живу в квартире Павла, и, если он меня выгонит, мне придётся вернуться к родителям. Что-то снимать на свою зарплату я не смогу. А родители даже не в курсе того, что творится в моей семье. Я же говорю им, что Павел работает удалённо, и поэтому я не приглашаю гостей, чтобы не мешать ему работать.
- А почему ты не хочешь сказать им правду? – удивилась Марина. – У тебя с ними плохие отношения?
- Что ты! Нет, мои родители очень хорошие. Я их люблю и именно поэтому не хочу расстраивать. Знаю, что отец обязательно скажет, чтобы я уходила от мужа и возвращалась к ним, он будет настаивать на этом. А я не хочу разрушать семью. Ведь Павел всё-таки отец Арины, и он её любит. Пусть по-своему, как умеет, но любит. И кроме того, я дала слово Надежде Алексеевне, когда она умирала, что не брошу Павла… Разве можно нарушить обещание, данное человеку, находящемуся на смертном одре?
Марина слушала Олесю и чувствовала, как закипает изнутри.
- А теперь ты меня послушай, Олеся! Ты говоришь, что Павел любит дочь? Твой Павел никого не любит, кроме себя! Он эгоист до мозга костей, и это благодаря его мамочке, которая родила себе игрушку на старости лет и вместо того, чтобы воспитать из мальчика достойного мужчину, она его облизывaлa, баловала, внушала, что он самый замечательный, и все должны любить его только за то, что он есть…
А твоя свекровь сама была такой же эгоисткой. Это надо же такое придумать! Взять с невестки обещание заботиться о её ненаглядном сыночке до гробовой доски… Она видела, что ты добрая и слишком мягкая, что из тебя можно верёвки вить, вот и воспользовалась ситуацией. Передала, так сказать, своё ненаглядное чадо в руки другой женщине. А если правильно сказать, на шею посадила!
- В то время Павел ещё не был таким, как сейчас, - попыталась возразить Олеся. - Он работал, у нас были нормальные отношения. Откуда же мне было знать, что он так изменится…
- Ты, конечно, не могла этого предполагать. Да и любила его, а любовь, как известно, слепа. А вот его маманя прекрасно всё понимала, уж она-то знала своего сыночка как облупленного. Они с ним из одного теста сделаны! Сразу видно, что родня… Я считаю, Олеся, что ничего ты не должна своей свекрови. Твой муж разве дитя малое или инвалид? Бугай, пахать на нём нужно.
А он сидит на шее у хрупкой женщины, да ещё и смеет попрекать тебя тем, что ты в его квартире живёшь. Мне кажется, что ты должна рассказать обо всём родителям и уйти от него. Останется один, поймёт, что жить не на что, может быть, тогда-то и оторвёт свой зад от дивана… А то хорошо устроился, паразит!
Ещё пару дней назад Олеся бы и слушать не стала всё то, что ей сейчас говорила Марина, и рассердилась бы на неё, а теперь она словно смотрела на себя со стороны и понимала, насколько соседка права.
***
Когда Олеся вернулась домой, Павла ещё не было. Она была этому только рада. Женщина решила пересчитать все имеющиеся у неё наличные, чтобы отложить деньги на путёвку для дочери в отдельный конверт, а всё, что осталось потратить уже по своему усмотрению. На себя, как настоятельно рекомендовала ей заказчица Галина.
Олеся достала кошелёк и обнаружила, что в нём не хватает трёх тысяч рублей. Она точно помнила сумму, лежавшую в кошельке. Эти деньги сегодня дала ей Галина, расплачиваясь за платье. Олеся почувствовала неприятный холодок в теле. Ну, конечно, Павел... Это он взял деньги.
Те, что лежали в ящике с документами, Олеся перепрятала, чтобы Павел не брал больше оттуда без её ведома. Видимо, он, собираясь к Косте, обнаружил, что денег в привычном месте нет и вместо того, чтобы спросить у жены, не нашёл ничего лучшего, как залезть в её сумочку. То-то он так быстро собрался и ушёл…
Олеся негодовала. Впервые за долгое время на неё накатила такая злость, что она сама себя не узнавала. Это, пожалуй, и было той последней каплей её терпения… Раньше Павел никогда не позволял себе брать заработанные ей деньги без спроса. Он всегда знал, что жена хранит дома небольшую сумму наличными.
Это были деньги, которыми с ней расплачивались её заказчицы. Олеся складывала их в одно место, чтобы потом потратить на какие-то необходимые вещи для дочери или для дома. Если Павлу нужны были деньги, он спрашивал, и Олеся в этом плане ему доверяла. Но сейчас муж переступил последнюю черту и страшно представить, что будет дальше…
Олеся взяла телефон и позвонила маме:
- Мамочка, можно мы с Ариной сейчас к вам приедем?
- Конечно, дочка, случилось чего? Вы вдвоём приедете, без Павла?
- Да, мама, вдвоём. И да, случилось. И приедем мы надолго…
- Я поняла, Олеся. Не стану сейчас ни о чём спрашивать, приезжайте, и ты расскажешь, что случилось. Ждём!
- Спасибо, мама, - сказала Олеся и отключилась.
Она принесла чемодан и начала складывать туда самые необходимые на первое время вещи и документы. Потом пошла в комнату дочери и велела Арине собираться.
- А мы куда, мама?
- Дочка, мы пока поживём у бабушки с дедушкой. Ты сложи в рюкзак все свои учебники и тетради, всё, что нужно тебе для школы. Форму спортивную не забудь. А я сейчас сложу твою одежду на первое время.
- Мама, вы с папой поругались? – спросила ничего не понимающая Арина.
- Нет, так нужно, дочка. Ты пока не спрашивай меня ни о чём, давай уедем, а потом я тебе всё объясню.
- Хорошо, мама, - ответила Арина и начала послушно складывать в рюкзак школьные принадлежности.
Когда вещи были собраны, Олеся вызвала такси и прошлась по квартире, проверяя все ли бытовые приборы выключены. Убедившись, что всё в порядке, они с дочерью вышли из квартиры и спустились на лифте вниз. Вскоре подъехало такси.