Есть у меня приятель, давний как лунь. Старый башмак. Лет тридцать знакомы, но назвать его полноценным другом язык не поворачивается. Вроде бы ничего так парень. Был. Как, впрочем, все мы когда-то. В меру льстив, в меру хитер. Где надо вставит пошлый анекдот, где-то выдаст цитату из классики. Начитанный, а как же. Нос держит по ветру, дружит с теми, кто ему выгоден.
Я про себя тоже иллюзий не питаю. Тот еще фрукт. Поэтому до последнего времени снисходительно смотрел на все его ужимки и прыжки.
Работали вместе на «горящем» объекте, заказчик срочно попросил закончить, а нас, электриков, двое всего. На трехэтажное здание нового магазина. Собираюсь ударно поработать, естественно с напарником, как вдруг он мне заявляет
– Борян! Завтра не смогу, жена попросила срочно съездить к родственникам, на весь день. Как хочешь, можешь мою долю урезать, но завтра никак не могу.
Сволочь. В самый последний момент, когда замену не найти. Но делать нечего, портвейн, как говорится, я проспорил. Поехал на объект следующим утром, затянулся свежим дымом, я тогда еще курил, и принялся пахать. Да так увлекся, что до обеда время пролетело, как один миг. Раскрыл залипшие потом глаза, взглянул на часы: 12.30. Ого!
Вышел на балкон второго этажа, запалил новую сигарету и оглянулся по сторонам. Вовремя. Мой приятель ехал на своем минивэне, согнувшись крючком за рулем. Просвистел мимо стройки, но у меня глаз наметанный. Он это, к бабке не ходи.
Конечно, назавтра он клялся и божился, что я обознался.
Не он это!
Смешно мне стало, черт с тобой. Но больше я его на шабашки не звал.
Следующий «косяк» с моим приятелем произошел недавно. Для тех, кто следит за блогом Бориса Ермакова, хочу напомнить историю
«Как я боролся с Пенсионным Фондом России»
Как всегда срочно понадобились свидетели в суд. Первый, кто пришел на ум, был мой приятель.
Знаете, что он ответил?
- Боря! Я не могу пойти с тобой в суд, потому что не могу! Разве я с тобой работал в те времена? Мне кажется, нет.
Прикольный ответ, не правда ли? Да ладно, у всех свои слабости. Тем более, что свидетели для суда не понадобились.
Я работаю инструктором на немаленьком таком пищевом заводе. Когда меня начинают допытывать любознательные личности, типа гаишников или врачей медосмотра, чем же я занимаюсь, я всегда повторяю одно и то же.
Помогаю тому, кому делать нечего. Юмор у меня такой.
Но шутки шутками, а кабинетик свой имеется. Куда я приглашаю периодически на обучение профессии рабочих этого самого завода. Операторов, наладчиков. Кстати, одним из наладчиков, снующих в заводском шуме с гаечным ключом, работает мой приятель.
Как человеку тонкой душевной организации (цитирует Ремарка по памяти) ему этот шум мешает. А кроме того, ему мешают механики. Это злобные гоблины, сидящие в мастерской и дающие моему приятелю неотложную работу. Которую срочно надо выполнить. Как только в тиши учебного класса, где прячется от мирской суеты мой приятель, раздается телефонный звонок очередного «работодателя», он грязно ругается, но трубку берет. Пока идет разговор, показывает мне немую пантомиму, как он ненавидит собеседника.
Но ответы дает четкие и всегда срывается с места, словно заведенный.
С механиками я знаком, потому что сам был там много лет, в этой самой мастерской. И знаю их достаточно хорошо, на что они способны.
Пару дней назад ко мне в класс пришел новый директор. Гнусный вкрадчивый тип, появившийся у нас совсем недавно. Закрутил быстренько гайки, создал душную атмосферу тотального стукачества. Бесконечные заседания и разборки, кто что сказал, кто что не так сделал.
Как человек весьма далекий от реального производства, с его повседневными нуждами и техническими проблемами, ему нужно было на кого-то опереться. Чтобы хотя бы знать, в чем ЭТО измеряется, в миллиметрах или миллилитрах. Новый директор выбрал меня.
Очередной визит нового интригана (сколько их было, не сосчитать) имел конкретную цель.