Зинаида приходила домой через час после закрытия рынка. Ворота Зеленого рынка давно провисли и волочились по земле, пока торговки их закрывали. Замка не было, но ворота всегда закрывали. Дребезжащий звук говорил о закрытии. Зинаида быстро собирала с прилавка всё, что не продалось за день. Овощи, зелень, яблоки паковались в большие сумки, каждый пучок перевязывался ниткой. Даже картошку Зина уносила домой, в отличие от остальных продавщиц, она не оставляла на ночь ни одного гнилого яблочка.
-Лиз, вот как мне своего оболтуса к школе-то приготовить. Ему вон в сентябре пора уже, а ему только на самокате носиться по улицам. Читать даже ни бэ, ни мэ.
-Вот в школе и научат, ему ж туда не девочек за косы дергать, ему учиться туда, посмотришь, ещё инженером станет
-Ай, да его бы-то натаскать чуток, читал бы хоть, уже б не стыдно людям в глаза потом посмотреть
-Научат его и читать, и писать. Иначе зачем же ему школа?
-А может чуть-то поднатаскаешь его? Он же маленький ещё совсем, все просит сказку почитать, представляешь? Вот ни в какую спать без сказки не буду, я руки уже к вечеру поднять не могу, а он все сказку, сказку. А теперь ему в школу и я прям не знаю, куда бежать. Ему бы хоть читать, чуть-чуть писать хотя бы, бес с ним со счетом-то. А то я с утра до вечера на работе, кто ж ему поможет. Отец на войне его, на передовой.
-Ну конечно я научу, тем более каникулы, ты чего ж сразу не сказала?
Когда в середине июля уже установилась жаркая сухая погода, Леша уже ходил к Елизавете даже с учебником. У него был букварь, тетрадка из старых запасов и деревянные дощечки с буквами. Три раза в неделю его отвлекали от уроков стрижи и детвора, которая слабо представляла что такое километр и почему триста таких штук отделяет их от фронта, где бы они непременно показали себя. Сабля Семки Бирюкова резала воздух. Валя Захарова просила всех дышать, а потом не дышать, а потом ещё дышать, прикладывая то туда, то сюда свой стетоскоп. Надо признать, алфавит давался Леше сложно.
-Лизка, а может еще лишний денек посидишь с Алешей, кто ж знал, что он будет сидеть, ушами хлопать, очень бы хотелось, чтобы пришел он в первый класс и сразу читать умел.
Я вспоминаю, в какой-то момент Лёша стал заниматься у матери каждый день. Чуть ли не боратом нам стал. Он даже есть садился с нами. Смутно помню, научился ли он тогда чему-то вообще, ему ж больше гулянки и беготня интереснее. Вот Зинка все больше на мать наседала.
-А может просто Лешику не интересно? Ты вот ему объясни, что если он в школе не выучится…
-Всё, Зинаида - Лиза перебила соседку - объясняй своему сыну сама. У меня готовка, стирка, уже скоро пед.совет перед учебным годом. Вот Марина не занята, живет одна. Согласится даже без магарыча. Читать Алёша научился, а я в конце-концов русскому учу детей, а не в личные сиделки нанималась
-Нет, ну знаешь. Только попроси меня что-то, я тоже вспомню куда это я нанималась