Сейчас в редакционной почте читатели часто сетуют, что Россия поссорилась со всем миром, мы идём к политическому одиночеству, и что не может быть, чтобы все были не правы, а кто-то один — прав.
Я понимаю и сомнения, и тревоги, и раздумья. Ломается старый миропорядок — да, не самый лучший, но привычный. Что принесут ветры перемен — никто не знает, а неизвестность пугает. Видимо, недоработали и мы, журналисты, недообъяснили, проиграли в важных сегментах информационной войны.
Помните любимую русским драматургом Островским пословицу? «Каждому своё: один любит арбуз, другой — свиной хрящик». Она — о сути нашего характера. Порой даёшь репортёру задание. Состроит кислую мину, приведёт сто доводов, почему оно невыполнимо, устроит десяток истерик… а потом сядет у компьютера, позвонит, договорится о встречах, выедет на место ЧП и сделает блестящую работу. Это мы. Три десятка лет живёшь с любимым мужем. И каждое утро начинается с вопроса: «Ира, где взять чистые носки?». Это тоже мы. Соседская перепалка из-за присвоения метра чужого огорода в пике доходит до драки, а заканчивается объятиями и ужином за общим столом. И это мы. Не замечая сердцевины, наш человек свято хранит скрепы: мы не сдаём родителей в дом престарелых, не даём пинка детям, выставляя из отчего дома в 16 лет, одалживаем сослуживцу тысячу рублей до получки, не ходим к психотерапевтам, потому что умеем дружить. Звеньев у этой цепи — мириады. И за тысячелетнюю историю ни одному государству не удалось извлечь из неё самого крошечного фрагмента. В защите его мы становимся стальными.
Есть явления и процессы и посерьёзнее. В студенчестве, был грех, бегала к учившимся на факультете полякам купить джинсы или модную пайту. Юная зелень, мы тушевались, когда варшавяне презрительно кривили губы, мол, что же вы даже приличных штанов шить не научитесь. Зато теперь я твёрдо знаю: российский народ — народ подвига, ему лучше всего удаются крупные проекты. Завоевать дикую Сибирь — да, вправить Наполеону мозги — да, сбросить фашистскую нечисть с земли — да, первыми полететь в Космос — да. А вот заниматься пуговицами, массовым производством штиблет нам скучно. И в этом тоже особенная гордость россиянина.
На что замахнулись США? Вот на всё это, из чего состоит наша кровь. Более того, через украинский нацистский рупор они коснулись святого — наших могил, в которых лежат деды, отцы, матери, сёстры, отдавшие жизнь в том числе за свободную Европу, которая об этом вероломно забыла. Для меня демонтаж памятников солдату-освободителю — самая больная тема. Но сейчас я о другом. Десятилетиями США выстраивали «сетевой мир» по принципу «сетевой торговли». Чтобы всё по их образцу и подобию — без галльского петушка, сурового Зигфрида, итальянской тарантеллы. И чтоб бытие определяло сознание ячейками. Не понравился выбрык, изъяли ячейку, заменили новой. Пёстренькие, уникальные, с потрясающей историей европейские государства объединили в союз, нивелировали их седую древность, подчинили себе экономику, лишили голоса, права, позиции. Вы наблюдали это, к примеру, когда Франция получила заказ на изготовление подводных лодок, а потом его срочно передали Австралии. И Макрон ничего не смог сделать, проглотил горькую пилюлю. Или в виде пощёчины Германии, промышленность которой жаждет «Северного потока-2» и дешёвого газа, но Вашингтон насупил брови — и сидит бюргер у разбитого корыта, подсчитывает убытки.
Мне представляется, мы сражаемся за то, чтобы оставаться самими собой. Чтобы батюшка в церкви не венчал мужиков, а соединял тех, кому положено природой. Чтобы вечером на кухне звучали детские голоса и маму называли мамой, а отца — отцом. Чтобы герои в нашей истории оставались героями, а подонки — подонками. Пожалуйста, оценивайте правильно труднейшую, жертвенную миссию российского солдата и поменьше обращайте внимание на стоимость гречки. Не это главное.
Ирина ИВАНЧЕНКО