Высоких сосен полуденная тьма, Сливаясь с мелким мраком ночи, Непроходимостью корней цепляет очень, И путает с дороги суета. И то, что видно всем при свете дня Во тьме не разберёшь оконцем фонаря. И хочется кричать: »Огня верните! Верните мне пожалуйста огня!!!» Вдруг замелькает свет сквозь толстые стволы, Кричащей паникой стремишься к свету. А у костра стоят накрытые столы, Но для тебя там места к сожаленью нету. Отброшенной спичкой взгляд потухает, И нет больше сил и готов умирать. Вдруг кто-то за плечи тебя обнимает, «Садись, брат, погрейся - хватит бежать!»
Высоких сосен полуденная тьма,
Сливаясь с мелким мраком ночи,
Непроходимостью корней цепляет очень,
И путает с дороги суета.
И то, что видно всем при свете дня
Во тьме не разберёшь оконцем фонаря.
И хочется кричать: »Огня верните! Верните мне пожалуйста огня!!!»
Вдруг замелькает свет сквозь толстые стволы,
Кричащей паникой стремишься к свету.
А у костра стоят накрытые столы,
Но для тебя там места к сожаленью нету.
Отброшенной спичкой взгляд потухает,
И нет больше сил и готов умирать.
Вдруг кто-то за плечи тебя обнимает,
«Садись, брат, погрейся - хватит бежать!»