В комментариях к прошлой статье об эпизоде спасения Франсуа де Жоффра, летчика-истребителя 1-ого отдельного истребительного авиационного полка вооруженных сил Сражающейся Франции "Нормандия-Неман", автора книги "Нормандия-Неман. Воспоминания военного летчика", есть сообщение:
"Слава.
Герои.
Помним.
А также помним, что эти же лётчики потом сражались с нашими в небе Кореи...
Мы, русские, мы всё помним..."
Про участие французских лётчиков в Корейской войне я упоминаний не нашёл (кто может подсказать где искать, если такие факты были, то буду благодарен), и уж тем более не думаю, что в войне против советских лётчиков могли участвовать пилоты полка "Нормандия-Неман".
Закончить знакомство с книгой Франсуа де Жоффра хочу эпизодом, который автор описывает в заключении своей книги.
В конце текста я размещу опрос, как бы вы поступили на месте французского пилота в тех обстоятельствах. Распределение ответов будет показано после нажатия кнопки "Отправить"
"Я хотел бы закончить эту книгу, которая, я надеюсь, несмотря на свои несовершенства, является достоверным и искренним свидетельством великого подвига французов, одной историей, которая, как мне кажется, придаст нашему прошлому его истинный смысл и его истинное значение.
В Сан-Антоне, в Австрии, зимой 1949 года два французских офицера катались на лыжах. Они не блистали особыми способностями в этом виде спорта, поэтому один молодой австриец, загорелый, с живыми глазами, подойдя к ним, сказал:
—Я инструктор. Разрешите мне дать вам несколько советов.
Офицеры согласились. Завязался разговор. Говорили о лыжах. Говорили об Австрии. Говорили о настоящем. И кончили, как и следовало ожидать, воспоминаниями о прошлом. И только тогда молодой инструктор представился:
—Я капитан Пеп Габль, бывший летчик 3-й эскадрильи «Мельдерс» в Восточной Пруссии.
Я подавил готовое уже сорваться с моих уст ругательство.
—Черт подери, эскадрилья эта стояла против нас!
—Вы тоже летчики?
—Мы были ими, по крайней мере, в полку «Нормандия— Неман».
Капитан Пеп Габль улыбнулся.
—Значит, мы стояли друг против друга в Гумбиннене и в Пиллау. Ваши «яки» с трехцветным носом причинили нам немало хлопот. Мне интересно было бы узнать, кто из ваших сбил нашего полковника, знаменитого Бёренброка, имевшего сто сорок побед. Это был жестокий бой. Мне пришлось пережить ваш налет на Хайлигенбайль... Это было в начале февраля 1945 года. Я был также в пиллауском аду, где совершил свои последние вылеты.
Несколько мгновений мы стояли ошеломленные, не в состоянии вымолвить ни слова. Потом мы невольно рассмеялись.
Перед нами стоял один из наших наиболее опасных противников в прошлом— летчик из эскадрильи «Мельдерс». Мы долго говорили, стоя по-прежнему на лыжах: вспоминали о боях, тактических приемах, достоинствах самолетов, победах и поражениях. Я очень удивлялся, не находя в себе даже слова ненависти, и чувствовал себя как игрок футбольной команды, беседующий с соперником по мячу.
А что бы вы сделали на моем месте?! Крупный разговор состоялся в небе четыре года тому назад. Сейчас мы стояли на мирной земле. И незачем было ворошить прошлое, оно могло помешать нам увидеть грядущее. Ничто не давало повода для ненависти, больше смысла имело учить друг друга. Я не думаю, чтобы кто-нибудь из моих товарищей летчиков, добровольно поехавших в Россию, поступил бы не так, как поступили мы. Напротив, я уверен, что они нашли бы в этой встрече тот же смысл, какой нашли в ней мы. В этом вновь обретенном мире они увидели бы, также как и мы, символическое завершение величественной истории полка «Нормандия— Неман».
Распределение ответов будет показано после нажатия кнопки "Отправить"