Гази Загитов, Амир Утяшев, Даян Мурзин...
Известный татарский поэт Муса Джалиль как никто другой понимал силу Слова и важность документального запечатления героических поступков. В письме своему другу Тухвату Имамутдинову Джалиль, в числе прочего, просил посодействовать в переводе в национальную часть, в которой он мог бы воспеть ратные подвиги своего народа.
Интернет-журнал «Кара Аккош» приводит полный текст письма Мусы Джалиля от 25 марта 1942 года к ответственному секретарю Правления Союза советских писателей Татарской АССР Имамутдинову Тухвату Мингазетдиновичу.
* * *
Дорогой Имам!
Прими мой сердечный дружеский привет. Я уже тебе отправил одно письмо, где рассказывал о своем отъезде на Волховский фронт на должность военкома батальона. Я прибыл в г. М[алая] Вишера примерно 4-го марта и с тех пор пока нахожусь в распоряжении политуправления фронта. Каждый день жду назначения и отправку в часть. Но, видимо, потому, что я до сих пор не был в армии, с назначением меня на должность военкома дело все же задерживается. Но я по поручению штаба выполняю те или иные особые задания: езжу в командировку, в передовые части фронта. На днях только вернулся с 10-дневной командировки – был на передовой линии и выполнял задания. Измучился, был все время под обстрелом, но и видел много поучительного.
Ну, как вы там живете? Пишите мне письма. Я в прошлом письме изложил тебе мои просьбы: первая – насчет книги военных стихов в Гослитиздате. Гослитиздат хочет издать небольшую книжку моих военных стихов. Думаю, что они их получили. Но боюсь, что мое отсутствие способствует замерзанию этого дела, т.е. меня самого нет, и поэтому и издание книги оставят без движения. Вот я прошу тебя подтолкнуть Гослитиздат, чтобы начатое им дело с моей книгой было доведено до конца. Другая моя просьба относилась к моей работе в Армии. Вот я все нахожусь в неопределенном положении. Я не военный специалист, не был в Армии и не имею военного опыта, поэтому все не могут определить меня в должность (хотя я веду работу внештатно). Для меня было бы широкое поле [для] работы в нац[иональных] частях, которые организуются под руководством Оки Городовикова. Уже Фадеев в Москве кое-что сделал было, чтобы меня командировать в нац[иональную] часть военкором татарстанских газет. Но мой внезапный отъезд прервал это дело. Меня интересует нац[иональная] часть именно потому, что там [я] как нац[иональный] писатель приносил бы огромную пользу. Кроме злободневных стихов в частях, я собирал бы материал для крупного произведения об истории и подвигах части. В этом деле, в переводе меня в нац[иональную] часть, я просил твою помощь (через обком и Фадеева. Я нахожусь в распоряжении Волховского фронта).
Я, помимо своей фронтовой работы, по мере возможности продолжаю работать творчески: пишу стихи, песни, рассказы. Последние твои стихи прислал редакции «Кызыл Татарстан» и Кашшафу (для «С. Э.» и сборника). Есть еще незаконченные.
Крепко обнимаю. Твой Муса.