Найти в Дзене
Вечное перо. Писарь.

Миниатюры

* * * Из друзей разжалован в знакомые. Аргументы, видимо весомые, Или что-то надломилось в нас? Просто пыл содружества погас. * * * Молодой человек, типа: "Гоша хороший" Озабоченно хлопал в ладоши, Однако навсегда полюбя, Он приветствовал только себя. Мудрость в лете Навалились мысли скопом - Широки и глубоки... Из теперь под микроскопом Не найдешь на дне реки. Л.Н.Толстой Он в армии поручик был простой, Что не дало бы славы вечной. В литературе Лев Толстой - Генералиссимус, конечно. * * * Древняя истина вновь подтверждается: Тащит один, а другой - задыхается. Карьера Был пленником своих идей, Сажал деревья, потом - людей. * * * Никогда на экране Не имел он успеха: Многолик, многогранен Только в комнате смеха. * * * И перемены, и потери Для власти открывают двери. Но, как обычно, у дверей - Диктатор или дуралей. * * * Когда-то ум его блистал, В нем эрудиция - основа. Но вот склероз его сковал. Он отупел. Ему все ново. Примирение Погасила ты гневное пламя В лучезар
Оглавление

* * *

Из друзей разжалован в знакомые.

Аргументы, видимо весомые,

Или что-то надломилось в нас?

Просто пыл содружества погас.

* * *

Молодой человек, типа: "Гоша хороший"

Озабоченно хлопал в ладоши,

Однако навсегда полюбя,

Он приветствовал только себя.

Мудрость в лете

Навалились мысли скопом -

Широки и глубоки...

Из теперь под микроскопом

Не найдешь на дне реки.

Л.Н.Толстой

Он в армии поручик был простой,

Что не дало бы славы вечной.

В литературе Лев Толстой -

Генералиссимус, конечно.

* * *

Древняя истина вновь подтверждается:

Тащит один, а другой - задыхается.

Карьера

Был пленником своих идей,

Сажал деревья, потом - людей.

* * *

Никогда на экране

Не имел он успеха:

Многолик, многогранен

Только в комнате смеха.

* * *

И перемены, и потери

Для власти открывают двери.

Но, как обычно, у дверей -

Диктатор или дуралей.

* * *

Когда-то ум его блистал,

В нем эрудиция - основа.

Но вот склероз его сковал.

Он отупел. Ему все ново.

Примирение

Погасила ты гневное пламя

В лучезарных объятьях своих,

И любви нашей светлое знамя

Поднимает восторженный стих.

1990-1998 год Гуревич Э.А.