В далеком Таинственном лесу, весьма успешно охраняемом от охотников, грибников и в особенности, туристов, местным строгим Лешим, крайне редко появлялись посторонние люди. Чтоб там появиться, им приходилось пройти строгий фейсконтроль, установленный Хозяйкой и Ко.
Через турникеты елей, разной возвышенности, мог пропустить только самый доверенный Леший! А делал он это крайне неохотно.
Но жил с давних, очень давних годов там Дед Банзай.
Почему его так звали, никто не знал, откуда появился, уже никто не помнил. Но все относились к нему с долей почтения и изрядной порцией опаски.
Наружности он был вроде бы и обычной. Шапка, шуба, пинжак с карманами по сезону, сапоги или валенки, по нему же.
Но что – то в нём было эдакое, такое не такое...
Когда он несся по тропинке в сторону куда – нибудь, с фанатичным блеском в глазах и криками «банзай!», лесной народ почтительно прятался по кустам и ветвям деревьев. Исключительно из уважения! Не подумайте плохого!
Вот и сейчас тропы резко начинали расчищаться, как будто перед кортежем важного гостя, ибо в сторону Избушки несся Дед Банзай.
Хозяйка тяжко вздохнула. После каждого визита Деда полянку приходилось приводить в порядок, а Избушка некоторое время икала и пугливо озиралась по сторонам. Но деваться было некуда, своим, лесным запреты на визиты устанавливать было невместно.
Дед выскочил на полянку, победно помахивая кулаком, с зажатым в нём нечтом.
-Хозяйка, Хозяйка, глянь, каку я штуку нашел!
Хозяйка выглянула в окошко, тут же присела на пол, за подоконник, ответно вопя Деду:
-Брось! Брось каку! Кому сказано?! Выброси!
Дед недоуменно посмотрел в сторону голоса, и начал объяснять:
-Да ты посмотри, кака штучка- то занятная! Вся, с какими – то штучками, пимпочками, рисуночками, а цвет- то цвет какой! Воронова крыла! О! А тут, какой - то рычажок...
Дед начал нажимать на рычажок указательным пальцем... но Баюн сделав нечеловеческое усилие, успел допрыгнуть до Деда, и нет, не выбить пистолет, невесть как оказавшийся в лесу, из цепкой лапки Банзая, но хотя бы толкнуть того под локоть, и отвернуть дуло в сторону повыше. В надежде, что там сейчас не сидит парочка любопытных сорок, в ожидании новостей.
По Таинственному лесу прокатился оглушительный, усиленный отсутствием других звуков, выстрел.
Дед Банзай плюхнулся на давно твердое мягкое место, ошеломленно отбросив такое красивое, но такое вредно громкое изделие.
- Я тебе говорила, кидай! Я тебе что кричала?!
Встрепанная намного больше обычного Хозяйка вынеслась из дверей Избушки со сверхсветовой скоростью.
Как выяснилось позже, в результате происшествия, жители Таинственного леса были изрядно, очень изрядно, весьма изрядно напуганы и дезориентированы.
А многие плотно упакованы в норки, норушки, ямки.
И друг в друга.
Опасная игрушка была у Деда Банзая отобрана, разобрана, огромным валуном несколько раз стукнута, закопана на глубину роста Деда (глубже не получилось, Дед зарываться начал), и на том месте посажены заросли ежевики, густо приправленной крапивой.
Дед Банзай получил строгое взыскание, и запрет на любые изыскания надолго.
Кроме того к нему была приставлена персональная Кикимора, крайне строгого нрава.
И Таинственный лес зажил дальше своей, спокойной жизнью.
С Дедом Банзаем, само собой. Свой всё- таки. Хоть и какой – то не такой –то какой!