Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Первые впечатления

Брайан Мэй о записи «Bohemian Rhapsody»

Не так давно мне попалось на глаза несколько любопытных интервью Брайана Мэя. Одно из них прозвучало в передаче «What Makes This Song Great?» («Что делает эту песню великой?») Рика Беато, которая выходит на YouTube. Главной темой разговора с гитаристом Queen оказалась запись «Bohemian Rhapsody». Рик Беато: «Песня была написана Фредди Меркьюри и спродюсирована Роем Томасом Бэйкером и Queen. Однако нам бы очень хотелось узнать, сколько времени заняли репетиции песни». Брайан Мэй: «О нет, мы этого не делали. Это точно не было в том привычном смысле, о котором вы говорите. Мы просто однажды пришли в студию и начали наигрывать все наши идеи. Фредди, Роджер и Джон очень быстро склеивали все эти разрозненные вещи, быстро адаптировали многие музыкальные элементы. Вы, вероятно, слышали бэк-трек, и он безупречен, не так ли? Сам Фредди в те дни был похож на метеор, который двигался близко к скорости света. Его игра на фортепиано выглядела просто невероятно. Я никогда не видел, чтобы кто-то так иг

Не так давно мне попалось на глаза несколько любопытных интервью Брайана Мэя. Одно из них прозвучало в передаче «What Makes This Song Great?» («Что делает эту песню великой?») Рика Беато, которая выходит на YouTube. Главной темой разговора с гитаристом Queen оказалась запись «Bohemian Rhapsody».

Брайан Мэй
Брайан Мэй

Рик Беато: «Песня была написана Фредди Меркьюри и спродюсирована Роем Томасом Бэйкером и Queen. Однако нам бы очень хотелось узнать, сколько времени заняли репетиции песни».

Брайан Мэй: «О нет, мы этого не делали. Это точно не было в том привычном смысле, о котором вы говорите. Мы просто однажды пришли в студию и начали наигрывать все наши идеи. Фредди, Роджер и Джон очень быстро склеивали все эти разрозненные вещи, быстро адаптировали многие музыкальные элементы. Вы, вероятно, слышали бэк-трек, и он безупречен, не так ли?

Сам Фредди в те дни был похож на метеор, который двигался близко к скорости света. Его игра на фортепиано выглядела просто невероятно. Я никогда не видел, чтобы кто-то так играл на фортепиано – очень напористо и сильно. Но он мог играть по-настоящему нежно и плавно, и все это каким-то образом в нем сочеталось. Было так здорово находиться и играть вместе с ним.

Я всегда поражался удивительному качеству Роджера правильно угадывать места, где его ударные будут звучать наиболее выгодно. Он очень быстро ориентировался в окружающем пространстве, правильно оценивал звуковые возможности того или иного помещения. Эта способность не раз нам помогала.

Так что это не было похоже на полноценные репетиции. Фредди играл песню по частям, говоря при этом: "Вот одна пьеса, вот другая", а мы такие: "Хорошо…" А потом: "Ну ладно, давайте все-таки попробуем эту пьесу".

Фредди начинал играть, потом присоединялись Роджер и Джон, я же в этот момент был в диспетчерской. Полагаю, это можно принять за репетицию? Её задача была особенно хороша – отыграть все вступление, которое было таким красивым и выразительным!

Фредди был неповторим. Он всегда был очень самодостаточным. Фредди пришел вместе с нами в студию, пел все это вживую, и мы репетировали, писали и так до бесконечности. В каком-то смысле Фредди был неконтролируемым, и он прекрасно знал это. Он бегал вокруг, кричал, позировал и все такое. Его голос был повсюду.

Один момент выглядит особенно показательно. Фредди зашел к нам в диспетчерскую, где мы показали ему несколько записанных ранее дорожек. И вдруг он сказал: "Нет, этого недостаточно. Я не хочу так звучать". И он приходил снова и снова, слушал получившиеся вещи и продолжал лепить из себя великого певца. К тому времени, когда писалась "Bohemian Rhapsody", он был феноменален.

Фредди и Брайан в студии звукозаписи (1975)
Фредди и Брайан в студии звукозаписи (1975)

После "Bohemian Rhapsody" мы работали над альбомом "A Day at the Races" (1976). Как вы, наверное, помните, там есть вещь под названием "You Take My Breath Away", где очень хорошо прослеживается вокальный прогресс Фредди. Голос Фредди там очень точен и сосредоточен. Удивительно, но там нет никаких технических эффектов. Вообще никаких. Вы слушаете это и просто получаете удовольствие. Все части песни очень деликатно согласуются между собой, и я думаю, что это можно назвать совершенством. "You Take My Breath Away" - очень красивая и гармоничная песня».

Рик Беато: «В сольной гитарной части "Bohemian Rhapsody" слышится внефазовый звук».

Брайан Мэй: «Да, поэтому он такой "хрустящий"».

Рик Беато: «Когда у вас появилась идея для соло? Когда вы слушали, как Фредди играет на фортепиано, или это случилось несколько позже?»

Брайан Мэй: «У меня было достаточно возможностей подумать над этим. Обычно я сижу в диспетчерской и слушаю, как они это делают снова и снова. Думаю, мы как-то обсуждали соло, но здесь еще не было никакой конкретики. При этом Фредди спросил: "Что ты хочешь для соло? Каким оно будет?" И я сказал: "Я хочу захватить часть стиха, хочу присоединиться и продолжить историю немного дальше". Поэтому они встроили это в бэк-трек.

Я слышал мелодию в своей голове. Это действительно странно, учитывая, что я пришел из мира, где Мантовани (англо-итальянский музыкант, работавший в жанре "легкой" музыки. – Прим. пер.) и "The Laughing Policeman" (песня, написанная Чарльзом Пенроузом) были в хит-параде. Мои мелодии на самом деле не рок-мелодии как таковые, я просто слышал нечто очень приятное и мелодичное, что казалось продолжением того, что делал Фредди, который рассказывал свою историю с помощью вокала. Возможно, это прозвучит несколько претенциозно и глупо, но я всегда слышу свою сольную часть как продолжение вокала. Это похоже на то, как певец на мгновение передает свою личную историю, которая все равно потом будет возвращена ему».

***

А уже в интервью корреспонденту ВВС Саймону Майо (2021) гитарист Queen поделился своим мнением о том, чем бы сейчас занимался Фредди Меркьюри, если бы был жив. «Думаю, он бы создавал какие-то сольные проекты, а потом снова бы возвращался в семью, в Queen, как он это всегда делал. Интересно, что сейчас я еще больше чувствую присутствие Фредди, чувствую, что он по-прежнему как бы с нами. Возможно, я становлюсь старым романтиком, но Фредди каждый день со мной. Он всегда в моих мыслях. И я знаю, что он бы сказал в той или иной ситуации. "О, ему, вероятно, понравится это", "он посмеется над этим" и так далее. Это настолько мощная часть нашего наследия, и так будет всегда».