ЧАСТЬ ПЕРВАЯ, НАЧАЛО
Зоя сидела, привалившись к трухлявой стене чердака. Сырой воздух был пропитан затхлостью. Кружилась голова, сил едва хватало на то, чтобы дышать. Она все отчетливее понимала, что чердак деревенского дома станет ее последним пристанищем. Но уйти отсюда было нельзя. Грета подняла голову с колен хозяйки и облизнулась пересохшим языком. Ее глаза слезились, а шерсть была мокрой, грязной и клочкастой.
Наводнение бушевало неделю, может быть, больше. Мутная вода плескалась под чердачным оконцем. Сильнейшие ливни привели к разливу реки, и волна высотой несколько метров смела с дороги автомобили с людьми и обрушилась на деревни и села речной долины. Сколько людей погибло в этом катаклизме, предстояло подсчитать позже. Помощи долго не было. Потом прибыли спасатели и волонтеры. Зоину бабушку вытащили в окно и погрузили в лодку. А Зою не взяли. "Людям нет места, а ты с собакой прешь," - был ответ. Брось собаку, значит.
Да, с собакой... Зоя закрыла глаза. Шесть лет назад она возвращалась домой, успешно сдав экзамен. Проходя мимо огороженной территории, где кипела стройка, услышала тонкий писк. Ребенок? Девушка рванулась к ограждению, глянула в глубокую яму, из которой экскаватор отваливал грунт. На откосе, в пересыпающейся земле, шевелилось нечто живое. Зоя замахала руками, закричала, прося остановить ковш, но смуглые парни в робах лишь ухмылялись в ответ. Зоя бросила сумку, перескочила через ограду и, свалившись набок, заскользила по осыпи. Она боялась только одного - не найти ребенка под грудой земли. Еще мгновение, и шевелящийся комок в ее руках. Щенок. С трудом приняла вертикальное положение и снова упала под летящими сверху слоями земли, не видя искаженных лиц рабочих, спешно останавливающих оборудование. Вскарабкалась наверх и, одной рукой прижимая к себе щенка, а другой хватаясь за ограду, вылезла на дорогу. И увидела притормозивший рядом сверкающий Порше. Из водительского окна высунулась старуха. Оценив обстановку, она прорычала в сторону рабочих какие-то слова и сделала двумя руками жест, неприличный крайне. Потом велела Зое садиться, не обращая внимания на грязь и сбивчивые извинения и всхлипы. Зоя схватила свою сумку, села. Автомобиль взял с места. Остановился у ветклиники. Старуха протянула Зое стопку купюр: "На осмотр". Объяснение было коротким. " Неделю назад мой сын потерял собаку. Ее убили. Вот такие, которым все равно. Инфаркт. Успели. Сейчас он в больнице. Живите за нас, деточка".
Спасенная оказалась пятимесячным щенком немецкой овчарки. У нее выявили дисплазию суставов. Видимо, из-за этого ее и выкинули на улицу, как скомпрометировавшую свою породу. Малышка, названная Гретой, обрела новую жизнь и семью. К ней привязались все, особенно Зоин папа. Он безмерно любил животных. Кроме того, у него в детстве был пес по имени Анчар, этой же породы, потеря которого стала для него жестоким потрясением. Грета заняла свое место в его сердце, отчасти залечив до сих пор кровоточащую рану.
Много воды утекло за эти годы. Собака стала полноправным членом семьи. Ее любили и лечили. Хотя полностью вылечить не удалось, процесс стабилизировали, и питомица жила полноценной жизнью счастливой домашней собаки. Ежедневные прогулки в парке, занятия на тренажерах, на каникулах поездки в дальние леса за грибами-ягодами. То было счастливое время.
Папы не стало год назад. Предчувствуя скорый уход, он говорил порой, что хотел бы умереть раньше Греты. Зоя возражала: "Пап, ты хочешь ее оставить и не знать, что будет с ней дальше?". На что он отвечал: "Я же знаю, что ты, дочка, ее не бросишь". "Да, пап, конечно, только ты давай уж не оставляй нас". Его желание исполнилось...