Сегодня в широкой медийной массе активно обсуждаются возможные негативные последствия для финансовой системы России отключения российских банков от международной межбанковской системы передачи информации и совершения платежей SWIFT (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunications).
В связи с чем набирает актуальность вопрос об аналогах. Данную статью решено было посвятить именно китайской трансграничной межбанковской платежной системе CIPS (Cross-Border Interbank Payment System - https://www.cips.com.cn/).
Итак, что же из себя представляет китайский аналог и в какой части он действительно может быть стратегически интересен для финансовой системы РФ?
CIPS – это глобальная платежная система и одноименная компания CIPS Co Ltd., уполномоченная Народным Банком Китая (ЦБ Китая) проводить трансграничные платежи и осуществлять клиринг в юанях наиболее удобным и дешевым способом.
Использование CIPS призвано содействовать развитию Шанхайского международного финансового центра, усиливать финансовую поддержку развития реальной экономики Китая и способствовать глобализации юаня как мировой валюты.
К концу 2019 года к системе уже были подключены 33 прямых участника и 903 косвенных. По состоянию на февраль 2022 г. уже зарегистрировано 76 прямых и 1 212 косвенных участников системы, в их числе 164 из Европы, 43 из Африки, 29 из Северной Америки, 23 из Океании и 17 из Южной Америки, всего охвачено 104 страны.
Ключевой особенностью использования системы CIPS является возможность подключения без кода SWIFT BIC. Участник, не имеющий кода SWIFT BIC, может подать документы для получения кода CIPS напрямую и стать прямым участником или через другого прямого участника и стать косвенным участником системы.
Статус косвенного участника предполагает, что организация не может осуществлять расчеты со всеми подключенными участниками напрямую, для этого необходимо посредничество через одного конкретного прямого участника системы.
По данным CIPS за 12 месяцев с марта 2021 по февраль 2022 года месячный объем трансакции в денежном выражении вырос более чем на 48% и составляет уже более 380 млрд юаней (около 60 млрд долларов США).
Безусловно CIPS еще находится в процессе развития сети участников и не может в полной мере соперничать со SWIFT охватом более чем 200 стран и 11 000 участников.
Но, помимо несопоставимого охвата ключевой вопрос остается в самом юане. Дело в том, что, как упоминалось выше, CIPS в первую очередь уполномочена развивать транзакции в юанях. В то время как сам юань (несмотря на статус мировой резервной валюты) до сих пор имеет ограниченную конвертируемость.
Ограниченная конвертируемость юаня означает, что пока Китай не готов сделать свою валюту свободной в обращении и продолжает тщательно отслеживать перемещения капитала как в страну, так и за ее пределы.
Такое положение юаня для России влечет риски возникновения дополнительного барьера в международных расчетах, что в условиях самых масштабных внешнеторговых ограничений в истории не делает таким простым и очевидным перевод 100% импортно‑экспортных отношений в зону юаня.
В довершение всего вышеперечисленного нельзя обойти вниманием и тот факт, что CIPS является технологическим продуктом на базе SWIFT. Следовательно, считать, что активное использование системы CIPS для обхода ограничений, наложенных на операции российских банков, останется незамеченным и безнаказанным для китайских партнеров, будет недальновидно. Представители властей США уже заявили, что китайские компании могут подвергнуться вторичным санкциям.
Таким образом, напрашивается весьма очевидный вывод. Простого пути обхода через Китай не предвидится в ближайшем будущем. Правительству и финансовым институтам нужно прорабатывать все возможные альтернативные и гибридные варианты.
Среди таких вариантов в деловом сообществе уже предлагались как цифровые валютные системы, так и использование отечественного аналога SWIFT и CIPS – Системы Передачи Финансовых Сообщений (СПФС).
Международная практика также демонстрирует опыт Ирана, который стал использовать с европейскими партнерами специальную систему взаиморасчетов «Instrument in Support of Trade Exchanges (INSTEX)» с 2019 года. Но такое решение стало возможным в результате полномасштабной работы по сближению европейских стран с Ираном (так называемой «Иранской сделки»).
В нашем случае возможность реализации подобного проекта будет видна только в результате достижения побед на дипломатической арене.