Михаил Слинкин живет и тренируется в Ханты-Мансийске. В три года ему из-за тромбоза ампутировали левую руку. Он с юного возраста занимается спортом. Футбол, лыжные гонки, легкая атлетика… Но высот добился в парасноубординге. С 2010 года Михаил входит в состав сборной России. В 2018 году экстремал представлял Югру на Паралимпиаде в Корее. Отобрался и на Игры в Пекине, но выступить на них было не суждено.
Спортсмены аполитичны
Михаил, вы заранее прибыли в Китай и уже там узнали об отстранении. Какими выдались эти дни?
– Мы прилетели в Китай 25 февраля. Тренировочный процесс проходил в штатном режиме. Ничего не предвещало беды. И атмосфера в олимпийской деревне была спокойной. Мы не чувствовали никакого давления со стороны. Мы были спокойны, думали: ну, раз мы уже в Китае, то не отстранят.
За пару дней до начала Игр начались политические «качели». Но президент паралимпийского комитета отстоял нас. Однако потом многим национальным паралимпийским комитетам это не понравилось. Они начали писать протесты, что, если русские и белорусы останутся, то они не будут выступать. Начали выставлять ультиматумы.
Официальная версия Международного паралимпийского комитета: соперники сами попросили убрать русских и белорусов. Но спортсмены с инвалидностью всегда отличались сплоченностью…
– Я не могу сказать за участников других видов спорта, но в сноуборде спортивное сообщество очень сплоченное и аполитичное. Все ребята понимают, что это большая политика, из-за которой мы уже не первый год все страдаем. После того, как объявили, что Россию и Беларусь все-таки окончательно отстраняют, спортсмены и тренеры из других стран начали подходить, выражать сочувствие. Поддерживали, выражали несогласие с официальной позицией своего национального паралимпийского комитета. Единственные, кто радовались, это были поляки. Но я даже не хочу это никак комментировать.
Это не конец карьеры
С белорусами общаетесь? Как они восприняли новость?
– С белорусами сноубордисты из России нигде на соревнованиях не пересекаются. Может быть, наши лыжники хорошо общаются. В этом виде спорта много представителей Беларуси. А так, конечно, мы виделись в столовой, на общих объектах олимпийской деревни. Перекидывались парой фраз на тему отстранения. Белорусы были очень подавлены, они к такому еще не привыкли. Для них это первое отстранение на международном уровне. Для многих паралимпийцев спорт — это единственный шанс реализовать себя в жизни.
Россияне восприняли отстранение максимально спокойно. Да, очень неприятно, но мы уже ко всем выходкам международных спортивных организаций привыкли.
Привыкли – и все?
– В паралимпийской сборной есть опытные спортсмены, а есть и молодежь. Для многих ребят это были первые Игры в карьере. Им поддержка нужна сейчас больше всех. Я им сказал: «Вы прошли большой и долгий путь. Смогли отобраться на Игры. Не важно, что вас отстранили. Важно, что вы смогли сюда попасть. Время все расставит на свои места».
У нас в сноубординге есть один молодой спортсмен Всеволод Щеглов, ему всего двадцать лет. Я сказал ему, что это только начало спортивного пути. Да, события неприятные, но они дадут опыт и силу.
Домашние Игры
А как для вас лично прошел этот четырехлетний предолимпийский цикл?
– Я с 2010 года состою в национальной сборной по парасноуборду. Подготовка и отбор к Играм в Пекине шли в плановом режиме. Но, конечно, без проблем не обошлось. Нас отстранили от одного из чемпионатов мира. Последний сезон перед Играми дался непросто. В начале сезона я получил травму спины. Два раза сильно болел, один раз ковидом. Но я смог вернуться в форму, показать себя на чемпионате мира, выиграв там бронзовую медаль.
Отсутствие международных соревнований сильно скажется на мастерстве, форме, подготовке российских спортсменов?
– Время покажет. Я не могу давать экспертную оценку в таких масштабах. Но для международного спортивного сообщества это большая потеря. Грош цена олимпийским медалям, наградам чемпионатов и кубков мира, если они были выиграны без лидеров. А россияне сегодня лидеры по многим дисциплинам, и этого у нас не отнять.
ФОТО: Вадим Штейн