Борьбе с непотребством российские императоры и императрицы всегда уделяли особое внимание. К непотребству отнесли и совместное посещение бань. Борьба с этим пороком особого успеха не имела, а потому власти обращались к этой теме вновь и вновь и даже определили наказание за сей проступок.
Вклад Екатерины в право
Впервые в истории российской правовой мысли об исправлении преступника, как об основной цели наказания, заговорила Екатерина II. Эта идея нашла свое отражение в так называемом «Наказе» императрицы Комиссии о составлении проекта нового уложения 1766 года. Старое Соборное уложение вышло в свет еще в 1649 году, а единого Свода законов вообще не существовало. Неудивительно, что за десятки лет в России воцарилась неразбериха, и подчас одновременно действовали сразу несколько противоречащих друг другу указов. Несмотря на то, что для составления «Наказа» Екатерина позаимствовала материалы иностранных авторов, этот документ является настоящим трудом «просвещенной монархини».
При Екатерине Великой были учреждены и смирительные дома, которые, как указано в издании Николая Таганцева «Русское уголовное право», предназначались для непослушных детей, тунеядцев и других нарушителей. Если же верить Попову А. В., автору книги «Суд и наказания за преступления против веры и нравственности по русскому праву», непотребство тогда тоже наказывалось заключением в подобные смирительные дома. Непотребством в те времена называли не только проституцию, но и внебрачные связи. Как пишет Я. И. Гилинский в своей книге «Девиантность и социальный контроль в России», лишь в Уложении о наказаниях, изданном в 1845 году, эти понятия были разделены.
Мужики, женки и обслуживающий персонал
Между тем непотребство и предусмотренные за него наказания продолжали занимать одно из центральных мест в правовых актах царской России. К нему с некоторых пор стали относить и совместное посещение бань мужчинами и женщинами. Как утверждает Андрей Дачник, автор книги «Баня: очерки этнографии и медицины», попытки запретить представителям разных полов мыться вместе предпринимались еще задолго до Екатерины Великой. Так, указ 1646 года гласил: «…чтобы в Нижнем Новгороде в торговых банях мужики с женками вместе не парились», а в Указе Правительствующего Сената от 1741 года было написано: «…мужики и женки парятся в особых банях, а не вместе».
Но особого успеха эти указы не имели. И это неудивительно: русские мужчины и женщины много веков парились вместе. К тому же обслуживанием клиентов в банях занимались девушки. Об этом вспоминал приятель царя Петра Николаас Витсен («Путешествие в Московию, 1664-1665»). Витсен рассказывал о том, что девушки мыли не только купающихся женщин, но и мужчин. А дворянин Фридрих Бергхолц в 1721 году отмечал: «Русские и чухонские женщины, прислуживающие там, превосходно знают свое дело. Они умеют дать ту степень теплоты или холода, какую вы сами пожелаете, и мастерски ухаживают за вами».
«Банные» законы и наказания
Неудивительно, что после того, как во многих торговых (общественных) банях установились различные дни для мытья мужчин и женщин, а также начали широко устраиваться отдельные мужские и женские бани, желающие заглянуть в соседнее отделение бани не переводились еще долго. Именно поэтому, по словам Бориса Рыбакова, автора издания «Очерки русской культуры XVIII века», в Уставе благочиния 1782 года Екатерина II снова обратилась к этой теме, запретив вход в баню лицам другого пола. Но заядлых нарушителей запрет снова не напугал, потому как даже в XIX веке «банные» проблемы снова оказались в текстах законодательных актов.
Вот и в Своде законов (Свод уставов благочиния), вышедшем в свет в 1842 году под редакцией Дмитрия Блудова, в главу «О непотребстве» были включены и статьи, касавшиеся порядка посещения общих бань. В статье 223 говорилось о том, что мужчинам старше 7 лет запрещено входить в женскую баню. Аналогичное правило распространялось и на женщин. Статьей 227 Свода законов за подобные выходки предусматривалось наказание в виде штрафа. За «банную» проделку любопытные мужчины (или женщины) должны были выложить сумму, равную суточному содержанию заключенного в смирительном доме, а «сверх того посылать таковых в тот дом топить бани, пока не заплатят пени» («Свод законов российской империи», Санкт-Петербург, 1842 год).