Заказчик не принял поставленный товар, расторг договор и начислил неустойку. Платить поставщик отказался. Заказчик получил деньги по банковской гарантии. Банк обратился к поставщику, чтобы вернуть деньги. Поставщик посчитал это необоснованным и пошел в суд.
Что закупали и почему заказчик не принял товар
МГТУ им. Баумана и поставщик заключили контракт на поставку токарных станков. Обязательства поставщика включали не только саму продажу станков, но еще их доставку, разгрузку, монтаж, пусконаладочные работы и обучение персонала заказчика. Срок на выполнение — 270 дней, то есть до 14 декабря 2020 года. Обязательства заказчика: оплата товара и других работ по контракту на сумму 25 862 357 руб.
В середине ноября представитель заказчика приехал на завод-изготовитель для осмотра станков. Заказчик нашел несоответствие характеристик: станки отличались по массогабаритным и другим параметрам. Превышение массогабаритных характеристик было критичным для размещения станков. При этом в наличии было 12 токарных станков, на которых отсутствовали заводские металлические таблички с указанием модели станка, его годом выпуска и серийным номером. Заказчик отказался от приемки товара, который не соответствовал спецификации. Это и стало причиной расторжения контракта и начисления штрафа в размере 5 процентов цены контракта.
В конце декабря стороны заключили соглашение о расторжении контракта. Начисленный штраф поставщик выплачивать не стал, поэтому заказчик направил в банк требование о выплате по гарантии 1 293 117,86 руб. Банк перевел эту сумму заказчику, после чего обратился к поставщику, чтобы вернуть деньги. Поставщик посчитал, что оснований для выплаты денег заказчику не было, и обратился в суд.
Поставщик посчитал, что штраф несоразмерен неисполненному обязательству
В свою защиту поставщик сообщил, что заказчик не направлял ему письменное требование о выплате штрафа. Этот довод суд не принял. Претензия была направлена по почте, а также на электронный адрес компании. Судя по сведениям сервера, электронное письмо было доставлено и получено. А в почтовом отделении поставщик отказался от получения конверта. Также поставщик сослался на то, что штраф явно несоразмерен неисполненным обязательствам.
Суд ответил на аргумент о несоразмерности: такое условие оговорено в контракте. Поставщик добровольно согласился с условием о штрафе, а также с его размером, посчитав его применимым и соразмерным последствиям нарушения обязательства. В итоге суд посчитал, что заказчик на законных основаниях взыскал штраф. В иске отказали.
Логическое разъяснение, или эпилог дела
Если срок действия контракта закончился, это не значит, что стороны освобождаются от ответственности за его нарушение (п. 4 ст. 425 ГК). С одной стороны, непоставка товара, особенно если за него еще не платили, не влечет прямых убытков для покупателя, ведь денег он не потратил. С другой стороны, речь о промышленном оборудовании: университет мог планировать свою деятельность с учетом того, что станки ему поставят вовремя. Срыв поставки станков мог повлиять на другие запланированные процессы, обязательства перед третьими лицами. Например, на этих станках должны были обучаться студенты или выполняться работы по другим контрактам вуза. И в этом случае университет мог понести убытки. Если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения (п. 4 ст. 425 ГК).
Согласно пункту 5 информационного письма Президиума ВАС от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ о банковской гарантии» обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства и подлежит исполнению по требованию бенефициара без предварительного предъявления требования к принципалу об исполнении основного обязательства, если иное не определено в гарантии.
Таким образом, истец, заключая указанный договор, знал или должен был знать о наступлении ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств по договору (решение Арбитражного суда Московской области от 12.08.2021 по делу № А41-30974/2021).