Найти в Дзене
Елена Коломытова

Отличница

В моем пионерском детстве была у меня подруга. Сошлись мы с ней как-то случайно. Было это классе в седьмом. Катя была изгоем в классе. Заучка, не имевшая даже колготок, под школьную форму она надевала тонкие тренировочные штаны, ну если кто помнит, такие, со штрипками и пузырями на коленях. Ее не любили и избегали, она была непонятной и немодной. Не помню, после какого случая я села к ней за парту, но как-то так случилось, что мы нашли общий язык. На самом деле, я была ей даже благодарна за дружбу. Постоянных подруг к меня не было, в изгоях я не была, но и популярной личностью меня не назовешь. Просто я давала сдачи всем, кто решался меня обидеть. А обидчиков было достаточно, тем более прицепиться было к чему: ростом я была на голову выше всех одноклассников, что мальчиков, что девочек, нос ,,семерым рос, а одной достался''. Короче, поводов для раздачи тумаков было предостаточно. Драться я не боялась и многим мальчикам в этом вопросе могла дать сто очков вперёд. В общем, Катю я взяла

В моем пионерском детстве была у меня подруга. Сошлись мы с ней как-то случайно. Было это классе в седьмом.

Катя была изгоем в классе. Заучка, не имевшая даже колготок, под школьную форму она надевала тонкие тренировочные штаны, ну если кто помнит, такие, со штрипками и пузырями на коленях. Ее не любили и избегали, она была непонятной и немодной. Не помню, после какого случая я села к ней за парту, но как-то так случилось, что мы нашли общий язык.

На самом деле, я была ей даже благодарна за дружбу. Постоянных подруг к меня не было, в изгоях я не была, но и популярной личностью меня не назовешь. Просто я давала сдачи всем, кто решался меня обидеть. А обидчиков было достаточно, тем более прицепиться было к чему: ростом я была на голову выше всех одноклассников, что мальчиков, что девочек, нос ,,семерым рос, а одной достался''. Короче, поводов для раздачи тумаков было предостаточно. Драться я не боялась и многим мальчикам в этом вопросе могла дать сто очков вперёд. В общем, Катю я взяла под свое крыло и в обиду ее не давала. Она тоже была рада, что у нее появилась подруга. Приглашала меня несколько раз домой, где ее бабушка кормила меня вкусным куриным супом. Я, дитя столовых (потому что родители вечно были на работе), ничего вкуснее не ела. Правда, очень скоро Катя перестала приводить меня к себе после школы, а попросила приходить позже, после обеда. Я, по своей детской наивности, не понимала, что это бабушке не хотелось кормить лишний рот и инициатива отлучить меня от стола исходила от нее.

Я до сих пор благодарна Кате, что она научила меня учиться. Извините за тавтологию, но сейчас поясню, о чем речь.

- Всегда поднимай руку, когда знаешь ответ на вопрос,- говорила она.- Если у тебя будет много оценок, меньше шансов, что спросят.А ведь если спросят, ответ ты можешь и не знать. Поэтому лучше себя обезопасить.

- Когда учитель рассказывает или объясняет материал, смотри на него, смотри ему прямо в глаза, пусть будет уверен, что слушаешь и интересуешься предметом, зарабатывай репутацию хорошей ученицы.

- Всегда берись за выполнение проектов, которые даёт учитель. Подготовишься в библиотеке, отчитаешь материал,получишь хорошую оценку. Опять же меньше шансов быть опрошенный по теме, которую не знаешь.

Правила простые, но благодаря им я действительно подтянулась в учебе, учителя стали смотреть на меня другими глазами.

Для моей подруги близкое знакомство со мной тоже не прошло бесследно. У меня были отложены деньги со школьных обедов. Не задумываясь, я отвела Катьку в парикмахерскую, где ей отрезали косу и сделали химическую завивку. Видели бы вы лица одноклассников, когда она пришла в школу. Упавшие челюсти бряцнули хором. Думаю, такая же реакция была у Катиных родителей, но об этом история умалчивает.

В Кате был один, но очень значительный ,,минус''. Ребенка, который до пятнадцати лет ходил с косами и бантами, которого ограждали от всех неправильных друзей и неправильных поступков, очень тянуло к криминалу. Не знаю, что было этому причиной: отец-алкоголик или тотальный запрет всяких детских радостей, но факт остаётся фактом. Катя приворовывала у меня настольные игры, колготки, заколки. То, чего не было у нее. И при этом безбожно врала. Я, конечно, выводила ее на чистую воду, но все прощала. Забирала свои вещи и дружба продолжалась.

Мы поступали в один институт. Я поступила, а Катя срезалась на сочинении, получив ,,3 ''. Для девочки- отличницы это был, конечно, удар. Сейчас можно порассуждать о том,что она настолько заигралась в ,,зарабатывание репутации'', что забыла о реальных знаниях, что учителя просто ставили ей оценки, полагаясь на ту самую репутацию отличницы. Но в тот момент ,когда я подошла к вывешенным спискам зачисленных абитуриентов, я, конечно, была рада за себя, но не понимала, как же моя подруга, которую я всегда считала умнее и способнее, могла срезаться на экзамене.

Студенческая жизнь затянула, с Катей мы почти не виделись. Через общих знакомых вдруг узнаю, что Катя подсела на наркотики. Не думаю, что ситуация с поступлением ее так подкосила, не она первая, не она последняя, могла бы и на следующий год повторить попытку. У Кати появился новый знакомый, отсидевший некоторое время на зоне. Все мои попытки отговорить ее от этих отношений разбивались о железобетонную уверенность в крутизне и настоящей мужской сущности своего избранника. Она опустилась, стала говорить прокуренным баском, на лице появились незаживающие язвы. Я с испугом отшатнулась от нее, когда случайно встретила на улице. Зрелище, конечно, неприглядное.

Да, скажете, никудышная ты подруга, не помогла, когда в твоей помощи нуждались. А меня никто о помощи и не просил. Катя браво рапортовала о своих успехах в собственном бизнесе, а я знала цену этому ,,бизнесу''. Она приносила моей соседке белье, снятое с верёвки, зачастую ещё влажное, на продажу.

Мы перестали видеться вообще. Я рано вышла замуж, надо было учиться, работать и воспитывать ребенка. Было не до чужих проблем, со своими бы разобраться, это были проклятые девяностые.

Через несколько лет от одноклассника, работавшего в органах,я узнала, что Катя отсидела в тюрьме. Шок. По прежнему адресу Катя уже не жила, родителям пришлось поменять место жительства. Случайно встретила ее маму, спросила, как там Катя.

-Катя умерла.- был ответ.- Из тюрьмы она пришла с туберкулёзом. На моей работе как только узнали про это, сделали все, чтобы я уволилась. Теперь я без дочери. И без работы.

Ей было 36. Девочка- отличница, с косами и бантами. Девочка, которая плакала из- за ,,четверки". Единственный ребенок в семье. Чувствую ли я свою вину за то, как сложилась ее жизнь? Отчасти. Мы, люди, так устроены, что переживать начинаем тогда, когда исправить уже ничего нельзя .И понимаем, насколько нам были дороги друзья и родные, когда их уже рядом нет. Меня не было рядом, когда, возможно, я была нужна. Но с другой стороны, я не спасатель, это не мое призвание. Неизвестно, где бы была сейчас я, если бы ввязалась в это спасение. Да и нужно ли оно ей было, как считаете?