Мироздание, как таковое, существует в Богом данной мере, как
триединство «материя-информация-мера»: это — реальность. По
отношению к информации мера выступает как многоуровневая
общевселенская система кодирования, а по отношению к материи
— как матрица её возможных, статистически предопределённых
свыше состояний и переходов из одного состояния (балансировоч-
ного режима) в другие.
У человека при возприятии реальности в душе возникают
некие его личностные образы, обусловленные как характером
объективных образов реальности, так и его состоянием к моменту
и в процессе возприятия информации из Объективной реальности.
Личностные, субъективные образы, будучи уже принадлежностью
внутреннего мира человека, обретают до известной степени
самостоятельное бытие в нём. Вероятностно упорядоченно и
статистически предопределённо, вторичные по отношению к
объективным, субъективные образы прорастают в душе человека
урожаем понятий, по мере того, как человек, осмысляя
реальность, разграничивает в своём внутреннем мире присущие
ему субъективные её образы и связывает их с «языковыми»
конструкциями.
Понятие (как жизненное явление, свойственное
индивидуальной, — а не коллективной — психической
деятельности человека, устойчиво существующее в ней на каком-
то интервале времени, по истечении которого оно может изчезнуть
или измениться) — взаимно обусловленное единство
«внеязыкового» субъективного образа в психике отдельного
человека и «слов» одного из «языков», развитых в культуре
общества, объединяющей по «языковому» признаку людей в
разнородные множества; именно поэтому «слово» (и слово, в
частности) без образа, связываемого с ним, голо, пусто,
непонятно. Возникшее в психике одного человека понятие о чём-
либо (жизненном явлении и ли вымысле) может
разпространяться в обществе, т.е. проникать в психику других
людей, преимущественно через «языковые» средства культуры. В
ряде случаев для разпространения новых понятий более и ли
менее широкий круг людей создаёт и новый «язык», поскольку в
развитых в культуре «языках» нет «слов» для того, чтобы
выразить их миропонимание.
В процессе, когда новое понятие обретает осмысленную
определённость, система разграничений субъективных образов
внутреннего мира человека, не позволяет отождествить один
субъективный образ с другими, слить их, перепутать. Этот
процесс большей частью протекает “автоматически”
безсознательно, но когда он выходит на уровень сознания в
иерархически организованной психике человека, то человек ищет
средства для выражения обретших определённые границы
внутренних своих образов и: либо находит их в одном из
существующих «языков»; либо создает новые «языки»— средства
для выражения своих внутренних образов и тем самым осмысляет
и описывает внутреннюю и внешнюю реальность. И на уровне
сознания в психике человека возникает понятийная база:
«разграниченные субъективные образы внутреннего мира» +
«языковые» конструкции, адресно связанные с субъективными
образами.
При уразумении чужих описаний — процесс обратный:
1). Соотносясь с языковыми формами имеющегося описания,
извлечь из собственной понятийной базы необходимые образы и
«языковые» конструкции и достроить недостающие понятия: «Мы
не понимаем некоторые вещи не потому, что наши понятия
слабы, а потому, что сии вещи не входят в круг наших
понятий», — К.Прутков. 2). Сопоставить с понятиями известные
(«внеязыковые») образы реальности или построить неизвестные
ранее её образы, после чего во внутреннем мире возникнет
субъективное представление (моделирование на основе
внутренних образов) о течении процессов в Объективной
реальности.
То есть мы имеем дело со своего рода каскадом
информационных трансформаторов «образы общей всем
реальности ~ внутренние образы человека ~ понятийная база (его
и культуры в целом) ~ «языки» разного рода сами по себе, как
средства выражения внутренних образов в общении с другими
людьми».
В массовой статистике жизни общества это — общественная
культура мировозприятия, мышления и взаимопонимания. Это—
общее достояние всех, кто ею пользуется. И она тем выше, чем
меньше искажений при прямом и обратном прохождении цепочки
информационных преобразований одним человеком для его
личных целей; чем больше уровней «языка», как иерархической
системы кодирования информации, изпользуется людьми; и чем
меньше при этом переданное одним и принятое другим не
утрачивает своих качеств. Это касается как общей всем
реальности, так и субъективной реальности внутреннего мира
каждого человека.
В настоящее время культура мировозприятия, мышления и
взаимопонимания поверхностна и примитивна: подавляющее
большинство людей осуществляет обмен пустыми формами
разнообразных «языковых» описаний, наполняя возпринятые
пустые (безóбразные) формы своей образной отсебятиной на
основе безсознательных автоматизмов, не задумываясь об
образной адресации «слов» ни у себя в душе, ни в душе тех, к
кому они обращаются или слушают.
Многие при этом не понимают, что живое слово, исходящее из
живых уст, как, в прочем, и мысль, проскользнувшая в душе, —
само материально (энергия); оно — часть объективной общей
всем реальности и изменяют течение процессов самим фактом его
произнесения или иного оглашения.
При этом вне зависимости от того, задумывается человек или
нет, но некоторая конкретная в каждом случае направленность
взаимосвязей в системе “«язык», как таковой ~ понятийная база
культуры ~ объёмлющая культуру Объективная реальность”
устанавливается на всех этапах объективно— в силу целостности
мира, существующего как процесс триединства «материя-инфор-
мация-мера», в котором общевселенская мера обладает
голографическими свойствами, в том смысле, что каждый её
фрагмент содержит в себе и все остальные. Чувствуя это,
Ф.И.Тютчев предостерёг: «Нам не дано предугадать, как наше
слово отзовётся...» — по какой причине не следует бездумно или
злоумышленно принимать на себя роль старухи Карабос из
“Спящей красавицы”, выражаясь как попало, иначе может
получиться, как с шоу-мэном В.Листьевым, наболтавшим самому
себе смерть в серии ток-шоу, в которых он красовался,
подчёркивая своё некоторое сходство с Л.Д.Бронштейном
(Троцким).
То есть дóлжно осознанно заботиться об определённости
взаимных связей «языковых» конструкций и образов
(субъективных и объективных) в процессе понимания жизни
Объективной реальности как таковой — как по отношению к
тому, что принято считать одушевлённым, так и по отношению к
тому, что принято считать не одушевлённым: мир един и целостен
и не ладной мыслью, не то, что словом, возможно вызвать
катастрофу безо всяких мощных, с точки зрения материалиста,
средств воздействия: дело только в объективно сложившейся
адресации информации в матрице возможных состояний
материи и уровнях мощности энергопотока, несущего
информацию: то, что в иерархически построенной системе
представляется пренебрежимо малым воздействием на одном
уровне, разсматриваемом изолированно от других реально
связанных с ним уровней в организации системы, может
уничтожить систему, разрушив через цепи взаимосвязей другие
уровни в её организации. Пример тому поражения живых
организмов “жесткими излучениями” разного рода, хотя
мощности энергопотоков могут быть ничтожно малы по
сравнению, допустим, с энергией, остывающего на плите
чайника.
И хотя «языковые» средства— поверхностный слой в культуре
мышления и взаимопонимания людей, но возможности языков в
самом общем смысле этого слова различны. И потому в одних
случаях одни «языки» как средства информационного обмена и
общения людей, предпочтительнее, чем другие. Так в средние века
в Европе до перехода на позиционную систему счисления (араб-
ские цифры и десятичные дроби) пользовались римскими
цифрами или иными системами, основанными на числовой мере,
соотносимой со знаками алфавита. Вне позиционной системы
счисления большой проблемой была операция деления:
возникновение остатка при неделимости нацело и производная
проблема соизмерения простых дробей. Например:
MCMXCV/XVI или XXII/VII. С переходом к позиционной системе
счисления проблема изчезла: операция деления двух чисел в ней
— это пользование таблицей умножения и выравнивание
порядков делителя и делимого (т.е. перенос десятичной точки или
запятой вправо или влево). Числа остались прежними, но
изменились средства описания: 1995/16 и 22/7 (22/7 — известное
со времен древнего Египта приближение числа p, более точное,
чем обычно употребляемое 3,14).
И если семья и школа ещё как-то учат грамматике родного
языка и логике языка математики, то, как связать этот уровень
системы кодирования информации с другими? как выглядит
внелингвистическая грамотность на них? — этому сами учатся
только те, кто столкнулся с этой проблемой и понял, что она не
наваждение и не фантазия, что пустые или неопределённой
адресации “словеса” разного рода «языков», как минимум —
никчёмны, но чаще— опасны.
Развитие культуры это — и развитие средств описания
внешнего и внутреннего по отношению к человеку мира. И от
описаний, будь то словесные или математические формулировки
законов естествознания или обществоведения, нельзя требовать
полного тождества с превосходящей их по сложности
реальностью во всей её полноте и целостности, хотя бы по
причине ограниченности человека во времени и пространстве,
как в измерениях в Богом данной мере. Не смотря на это, человек,
пользующийся теми или иными «языками» при описании
реальности и прочтении описаний, сделанных другими людьми,
обязан видеть ошибку описания и отдавать себе отчёт в том, в
какого рода деятельности эта ошибка порождает запас её
устойчивости, повышая уровень безопасности этой деятельности,
а в каких случаях ошибка описаний исчерпывает запас
устойчивости его безопасной деятельности, которая должна
протекать в ладу с Мирозданием и Богом.
И вряд ли возможен в условиях нынешней культуры— в силу
ограниченности человека и антибиосферного, паразитического
характера цивилизации — абсолютный язык, полностью
тождественный реальности, безошибочный во всех случаях его
применения.
Поэтому проблема современной цивилизации двуедина:
Во-первых, проблема взращивания безопасной культуры
собственного мировозприятия, мышления каждого из людей, т.е.
возприятие знания по мере практической необходимости вне
языковых средств. В нашем понимании Новый Завет об этом
говорит так: «Дух святой наставит вас на всякую истину». Это—
обретение того, что можно назвать «первознанием», которое
даётся человеку непосредственно Свыше, каждому по его
истинной нравственности (иными словами: т.е. знание — особого
рода приданое к строю психики и нравственности индивида).
Пророку Мухаммаду принадлежат слова: «Раб Божий получает от
молитвы то, что он понял», — то есть, если ничего не понял, то,
как и не молился.
Во-вторых, проблема равнозначного (адекватного) обмена
мнениями, т.е. разпространения первознания среди себе подобных
людей при помощи «языковых» средств.
И это в совокупности — одна из граней проблемы созидания
нравственности каждым из людей в обществе: Бог не меняет того,
что происходит с людьми (т.е. внешних обстоятельств), покуда
люди сами не изменят того, что есть в них; А тем, кто
остерегается вызвать гнев Божий, тем Бог дает Различение, как
способность, — так мы понимаем смысл коранических
утверждений 13:12, 8:29.
Большинство «языковых» формулировок существуют как
замкнутые системы в силу ограниченности возможностей
человека, в то время как в реальности всё— взаимно вложенные
системы с виртуальной (мгновенно существующей и мгновенно
изменяющейся структурой), находящиеся в материально-
информационном обмене между собой и в том числе в обмене
между иерархическими уровнями, определяющими порядок
взаимной вложенности, согласно матрице возможных состояний и
преобразований (в мере).
Об этом часто забывают, описывая нечто как самодостаточную
систему, явно или неявно опустив описание её отношений с
объёмлющими системами, как процессами. Когда это приводит к
очевидному ущербу вследствие деятельности на основе тех или
иных описаний, то за такого рода ошибками следует другая
ошибка: абсолютизация ошибочности прежнего описания.
Любое человеческое описание это — “калька” с Богом данной
меры. Если мы входим в меру (через “ять”), то два любые числа
приблизительно равны: вопрос только в том приемлема ли такая
величина ошибки приближения, либо нет. То есть вопрос
выявления неравенства это — вопрос Различения: в одних
обстоятельствах пользоваться таким приблизительным
равенством допустимо, а в других — нет. И это касается любого
знания, зафиксированного как описания в культуре общества,
будь то “второе начало термодинамики” или “балансовый метод”
в задачах макроэкономики: Как пользоваться любыми
описаниями и средствами описания — «языками» — так, чтобы
ошибка, всегда порождаемая неадекватностью описаний
первознанию и реальности, уходила бы в запас устойчивости
безопасной деятельности?
Памятуя о существе этого вопроса, обратимся к линейной
алгебре, как к средству описания производства и разпределения
продукции на основе общественного объединения труда.