Надя узнала об измене мужа ровно между четвертой и пятой ложкой супа. Она, по привычке, листала ленту в социальной сети, в ожидании момента, когда же блюдо достаточно останет, дуть на ложку было нельзя – на столе была новая бежевая скатерть.
Снимок молодой девушки с лицом гладким, как фарфоровая чашка, попалась в разделе «рекомендуемое». Похоже, создатели этого приложения что-то знали – она бы незадумываясь пролистала бы ее, но увидела знакомый браслет.
Этот золотой браслет она бы узнала из сотни или даже тысячи. Она подарила его своему Мише на юбилей их свадьбы. Да еще и не просто так, а когда была в Турции, на настоящем восточном базаре.
Может ей просто показалось? Мало ли сколько таких браслетов. Хотя картинку выдавало все – и небольшой скол на застежке, и тонкий шрам на руке владельца этого браслета – такой же, как и у ее мужа.
Наде пришлось как следует прикусить губу, чтобы не заплакать. Она осторожно вернула ложку в тарелку, новая скатерть ведь ни в чем не виновата. Впрочем, телефон также остался в «броне» – листать ленту дальше или, что еще хуже, профиль этой молоденькой красотки она не стала. Да и воообще сделала вид, что ничего не видела.
Так обидно, Миша ее так любил, всегда делал комплименты, даже на руках привселюдно носил через лужи, а завтрак от него в воскресенье – сама себе завидовала. Конечно, сейчас Надю уже так легко не поносишь, да и поднять уже так ловко не получится. Лужи теперь она бороздит в фирменных резиновых сапогах. Хотя чего таить – Миша-то тоже не хорошее, уже давненько не такой рельефный как был в юности. Но теперь он обнимается с этой девченкой, а Надя подсаливает суп своими слезами. Еще и губу прокусила – не удержалась, одним словом.
Ночью Надя хорошенько задумалась, как же ей вернуть любовь своего Миши. Пока единственное, что приходило на ум – похудеть. Так сложилось, Надя любила вкусно покушать, а спортом врач запретил заниматься – гипертония.
Размышляя о своем недуге, мешающем наладить личную жизнь, Надю осенило – нужно, чтобы Миша ее чуть не потерял, тогда он и поймет, что без нее жить не может. В сериалах, по крайней мере, так всегда прокатывало. На утро, чтобы не передумать, Надя уже стояла в очереди на кассе, держа в руках новые кроссовки и спортивный костюм. Еще через день она в новом обмундировании уже стояла на стойке администратора, покупая абонемент на месяц – больше-то и не надо.
С десяток лет назад Надя ходила в спортзал, поэтому знала, как пользоваться беговой дорожкой и орбитреком. Решила не мелочится – сразу на беговую дорожку, скорость побольше, за поручни держаться покрепче. Новый тренажер был более продвинутым, чем те, которые она видела десять лет назад – кроме времени, скорости, растоянии, аппарат еще и показывал изменения пульса – 120, 140, 160…
Во время падения Надя думала об одном – как бы ничего себе не сломать.
В больнице было прохладно, грустно и тихо. От капельницы занемела рука, а возле глаза что-то болело и, кажется, опухло. Медсестра была строгая, ничего не разрешала. Миши, ожидаемо, под окнами не было, он не кричал «вернись любимая, я без тебя не смогу». Зато относительно молодой врач с ехидной улыбочкой спрашивал:
– К чему же эти спортивные подвиги, рекорд новый ставили? Вы же и так хорошо выглядите!
Ближе к вечеру Надя уже привыкла в новому месту пребывания, даже успела познакомиться с соседками по палате, их было только двое. В дельнем углу была молоденькая девушка, на вид лет двадцать. У нее было лицо странной формы, отдаленно напоминающей сердце. Девушка представилась Мариной и с не менее странной гордостью показывала шрамы на груди, рассказывая про свои пять операций, одна из которых так и вовсе была на открытом сердце.
– Порок с детства у меня. Врачи говорили до школы не дотяну, но мне, как видите, уже девятнадцать.
Справа от Нади была вторая соседка – Клавдия Семеновна. Женщина тоже готовилась к сложной операции, но больше переживала о парализованном муже, который остался на эту неблагодарную невестку. По мнению бабушки, она хочет изжить их обоих со свету и забрать их квартиру. Муж Клавдии Семеновны уже два года был после инсульта, но с женой они общались посредством хитрой системы подмигиваний.
– Вы, наверное, такая счастливая, – говорила Марина. – У вас вот муж есть, любовь и все такое. А я, похоже, никогда не выйду замуж – кому такая больная и некрасивая нужна.
Надя хотела утешить девушку, но как-то не получилось, да и врать не хотелось. Она вздохнула и сказала:
– Муж мне изменяет…
Марина начала расспрашивать о подробностях, Надя в красках все и описала. Девушка охала и ахала, только Клавдия Семеновна оставалась непоколебимой. Наде даже стало как-то обидно, решила спросить:
– А что вы скажете? Как быть в такой ситуации?
Клавдия Семеновна посмотрела на Надю и ответила:
– Таллин. Семьдесят третий год. Мой Володька тоже мне изменил, как сейчас помню. Ничего – я ему лопаткой для котлет по лбу как бахнула – неделю с рогом ходил, как сказочная зверушка. Все на работе смеялись, да и соседи тоже. С того времени у него и в мыслях больше ничего такого не было.
– Вы его, получается, простили? – поинтересовалась Надя.
– А что делать? Он же муж мой.
Надя опять прикусила губу, только теперь верхнюю, нижняя все еще побаливала. Хотя это не помогла, глаза уже были на мокром месте.
Через пять дней ее выписали. За это время муж пришел только раз – притащил апельсинов и пакет гранатового сока. Ни речей, ни переживаний – сериалы врут.
Зато дома все было подготовлено к ее возвращению – куча грязного белья, пустой холодильник, голодный кот, новая скатерть, забрызганная дурацким кетчупом. Надя было хотела притвориться, что ничего страшного. Потом решила поискать «лопатку для котлет», сделать Мишу единорогом, почему бы и нет. Но в итоге собрала вещи, сказала мужу что уходит и уехала к маме.
Сидя на заднем сидении такси, она с удивлением обнаружила, что за пять дней она неплохо похудела. Оказалось, что для желаемого похорошения нужно было не так сильно худеть. Да и вообще, дела не так уж плохи – седьмая операция ей не грозит, да и муж дома не ждет, судорожно моргающий невестке-змеюке, которая слишком брезглива, чтобы менять ему постель чаще, чем раз в пять дней. Подумаешь гипертония, чепуха. К тому же доктор сказал, что вплотную займется ее здоровьем. Да и, между прочим, дал номер своего личного телефона.