Мои студенческие годы совпали с последними годами существования СССР. Учителя тогда массово увольнялись из школ, переходя в частные репетиторы или вообще в кооператоры, и потому студентов преподавателями охотно брали. Однажды, узнав, что в одной школе только что уволился очередной историк, я попытался устроиться на освободившееся место, но директор, узнав, что я не просто историк, а историк со спецотделения, страшно обрадовалась, и стала уговаривать меня взять часы английского у шестиклассников вместо недавно уволившейся англичанки.
— Без историка дети проживут, — уговаривала меня директор, — да и саму историю всё равно, говорят, скоро отменят, а без англичанки они отстанут от жизни. Сейчас кругом совместные предприятия, обмены студентов, а как они будут жить без языка в условиях нового мы́шления?
В конце концов, она меня уговорила и в тот же день представила меня английской группе 6 «А» класса:
— Вот, вам ребята, давно обещанная англичанка, которую зовут Сергей Владимирович.
Однако, как выяснилось, дети в шестом классе — шестом ещё по-старому, до перепрыгивания через класс — знали только Present Indefinite и Present continuous. Пришлось им разъяснить всю систему времён, после чего адаптированные тексты из учебника мы стали с одной стороны ради хохмы, а с другой ради тренировки переводить с адаптированного английского на реальный, вводя в эти тексты элементы позднесоветских реалий. Так, Viktor Nikolayevich, отец главной героини учебника Лены Стоговой, бросил горбатиться на заводе и стал кооператором, но начал уделять новому любимому делу столько времени, что его супруга врач-терапевт Vera Ivanovna завела себе молодого любовника из числа своих пациентов. Сама же шестиклассница Lena Stogova принялась слушать западных исполнителей и переводить их песни на русский.
Родители не могли нарадоваться неожиданно проснувшемуся у детей интересу к предмету, и однажды на урок пришла завуч, тоже преподававшая язык, и после урока спросила:
— А чему же я тогда буду теперь учить их в восьмом?