Каждый день с огромным удовольствием изучаю дыхательные техники, которые помогают справляться с ПА. Парочку даже попробовала выполнить и - закашлялась. Решила вернуться к комплексу Стрельниковой. Хотя и ее упражнения помогают справиться с неврозом.
Но как бы то ни было, когда у тебя после болезни ползет вес, лезут волосы, по-прежнему сохнет кожа, мама в больнице, ты продолжаешь жить по больничному расписанию и каждый день читаешь новости СМИ и ленты социальных сетей, сохранить нормальное психическое состояние не просто нелегко, чудовищно сложно. Впрочем, зачем я вам это объясняю? Вы и без меня в курсе, что нынешняя ситуация, наверное, самая сложная со времен "холодной войны". И мы уже не в белых гольфах, увы.
Разумеется, я стала принимать транквилизаторы, чтобы хотя бы спать по ночам. Чтобы уложиться в свое, госпитальное, расписание: подъем в 05:00, отбой - в 21:00. Но лечь и уснуть в девять часов вечера не получается. Укладываюсь в 22-23:00, тогда меньше времени остается на обдумывание следующего дня и прогнозов, что он мне, всем нам принесет. (Расписывать не буду, вы сами в курсе).
Как я справляюсь со всем этим днем? Дышу (делаю гимнастику), читаю любимые книги, что-то готовлю, пытаюсь вырваться из окружения трех котов, которые, в отсутствие мамы, "залюбили" меня вконец! Совершенно неожиданно открылась аллергия на кошачью шерсть, с которой я теперь тоже борюсь, потому что чешутся брови, щеки и глаза (а я-то предполагала, что меня добивает только пыль и "лисий" мохер, из которого я делаю эти игрушки).
Сделала для себя неожиданное открытие, что надо не просто эпизодически, а постоянно чем-то загружать руки, чтобы окончательно отключить мозг. Мне в этом помогают все те же коты (у кого их больше трех - мое вам уважение!). Каждый день пылесосить от шерсти ковры, делать влажную уборку, вычесывать самих котов, а еще и разговаривать с ними, чтобы они, по словам мамы, "не чувствовали своего одиночества" (откуда, когда они в прайде?), сродни работе на плантации.
К вечеру я устаю так, что готова прилечь прямо на вычищенном и вымытом до блеска полу, закрыть сначала глаза, а потом еще и подушкой голову. И не видеть и не слышать ничего. Даже будильника в телефоне, который напоминает мне о приеме лекарств и подготовке ко сну (кстати, забыла добавить, что у нас есть еще и домашняя мышь-песчанка!).
В качестве поощрения себя за очередной плодотворный день, беру с полки Чехова. И, как в мультфильме "Дудочка и кувшинчик", заглядываюсь на "вторую ягодку" - Гоголя. Я мечтала перечитать его еще в Петербурге (кстати, Чехов в 90% случаев называет его Питером), но не было времени. Теперь оно есть, и одному Богу известно, сколько его впереди. Но псс другого любимого писателя я осилю. Я упертая.
А наутро уже по привычке включаю миксер и вспоминаю то, чему меня учили много лет "вынужденные обстоятельства", к которым я причисляю и замужество, когда на кухне приходилось торчать половину дня: что-то изобретать, улучшать, менять шторы и чашки, рыться в книге рецептов. Другими словами, мне приходится вспоминать и "совсем другую жизнь", от которой меня напрочь отучила жизнь в коммуналке.
А еще...пью медовые травяные чаи. И, чувствуя, как мед превращается в снотворное, подбадриваю себя тем, что все, что сегодня витает в воздухе - временно. Все наши страхи, ПА, размышления, предположения, прогнозы - до колик, до боли в сердце - временные.
Что все еще устаканится и образуется. И среди ясного, приправленного неожиданным мартовским морозцем, неба, покачает легкими крыльями голубой вертолет.
С волшебником, щедро раздающим эскимо повзрослевшим, истеричным детям.
Даром.