Наташа с Игорем поженились сразу после школы. Все было — и любовь необыкновенная, и сходство в характерах, и все, что только нужно для счастья.
Только вот со свекровью не повезло. Рената Валерьевна была женщиной не просто деспотичной, она была сущим монстром.
— Наташенька, а почему дома опять не убрано?
— Где же не убрано, Рената Валерьевна? С утра только все перемыла.
— Милая моя, с утра-то это само собой. А кто после обеда пропылесосит? Смотри, на полу сколько волос. Это ты причесываешься так, видимо. Да и тарелки никто не помыл.
— Я сейчас загружу в посудомойку.
— Нет-нет, дорогая моя, тут три тарелки всего. Мой сама, не перетрудишься.
— Хорошо, Рената Валерьевна. Обед хотя бы был неплох?
— А при чем здесь обед? Вообще курицу пересолила. И к рису нужен соус. Суховато.
Ладно это бы было один раз в неделю или месяц. Но свекровь наведывалась к ним регулярно, по поводу и без.
— Наташенька, я к вам решила заехать. Смотри, у меня пятнышко на куртке какое-то, только заметила. Отстираешь? А то химчистки эти зря деньги дерут, только помнут мне мех, будет уже не тот вид. — И бросала куртку на пол.
— Ой, Наташ, можешь занять пять тысяч? Я в салон еду, кошелек дома забыла. К вам ближе, вот и решила у вас взять. А чего ты такая непричесанная? Игоря нет дома, да?
Невестка терпела, сжав зубы, и не смела дать отпор, чтобы не расстраивать мужа. Игорь не просто любил, он боготворил свою мать. Рядом с ней он становился совершенно другим человеком.
— Мамочка, тебе не холодно? Может, закрыть окно?
— Да, прикрой.
— Может, воды?
— Нет, не надо.
— У тебя глаза грустные какие-то. Что-то не так?
— Дай покой.
— Прости, мамочка.
Наташе тошно становилось от его инфантильности. С ней он никогда не бывал так обходителен, даже в самые лучшие моменты. Понятно, она его не рожала. Но ей казалось неестественным такое обожание матери взрослым мужчиной. С учетом ее характера особенно.
При разговоре о его матери он всегда начинал волноваться, и она щадила его сыновние чувства. Но любому терпению приходит конец. Вот и Наташино однажды лопнуло.
— Твоя мама меня убивает, — заявила она, не выдержав очередного визита въедливой старушенции.
— Не преувеличивай. — Игорь не стал сразу ругаться, но бросил на нее предупреждающий взгляд.
— Я не преувеличиваю. — Она медленно повернулась к нему. — Ты сам это прекрасно знаешь.
— Она к тебе отлично относится. Просто она холодный человек и не всегда умеет выразить...
— Она не просто холодный человек, Игорь. Это просто дьявол во плоти! Прежде она хотя бы не так часто приезжала, но последние полгода... Ты же сам видишь, как она мучает меня почти каждый день! — уже начиная произносить эту мысль, она пожалела о затеянном разговоре.
Игорь сверкнул глазами.
— Прекрати. Ты ничего о ней не знаешь. Если бы знала, ты бы так не говорила.
— Хорошо, тогда расскажи мне, чтобы я знала, зачем все это терплю.
Игорь отвернулся и промолчал.
— Расскажи! Ты же сам не даешь мне ни малейшей зацепки. Я понимаю, ты ее сын, но мне-то ее за что любить?
— За то, что она моя мама.
— Я очень ценю это, но этого недостаточно. Ты знаешь мою маму, она совершенно другой человек. Никогда не навязывается, не говорит, что делать...
— Твоя мама никогда даже не была в разводе!
— И что? Хочешь сказать, твоя до сих пор переживает последствия развода? А может, дело все-таки в ее характере?..
— Перестань. Я не хочу ссориться. — Тем не менее Игорь смотрел на нее с такой злобой, что Наташа вздрогнула.
— Я тоже не хочу. Я просто хочу закрыть эту тему раз и навсегда.
— Я тоже.
— Для этого ты должен рассказать мне, что такого случилось с Ренатой Валерьевной, что она стала такой... — Она чуть не ляпнула нехорошее слово. — Сложной женщиной.
— Ты от меня так просто не отстанешь?
— Нет.
— Ладно, только это останется между нами. И не дай бог мама узнает, что я тебе рассказал.
Продолжение следует