Вспомнил историю, подслушанную в детстве, которую мне рассказал дядя. Дело было в 90-х годах, приезжал тогда к нашему отцу один дядечка толя какой-то дальний родственник хороший знакомый, точно не знаю. Приезжал осени три подряд, чтобы поохотится. Вот как-то в один из таких приездов за ужином он и рассказал отцу эту историю, ну а мы детвора естественно — «ушки на макушки». Честно скажу, за достоверность не ручаюсь, судите сами. Лет шесть назад, посоветовал дружок мой Колька, съездить на охоту в деревушку Н** (не помню название, а врать не хочу, авт.). Расписал он мне те места: тайга — почти что девственная, дичи – пруд пруди, а красота вокруг – описанию не поддается, надо своими глазами видеть. Загорелся я мочи нет, ну что мне тебе рассказывать, ты сам охотник. Сборы начал еще с июня, об отпуске пришлось похлопотать, чтоб перенесли его на октябрь .Вот и осень подошла, первые ночные заморозки сбили лист с деревьев, дни стоят сухие, по-осеннему теплые, самая охота на глухаря и тетерева. Собрался, купил билет на электричку и поехал. Доехал до станции, там, на автобусе до райцентра, а уж оттуда до деревушки надо было попутку искать, да мне подсказали, что в обед пойдет машина, которая хлеб по деревням развозит, вот если там свободное место будет, то доехать можно до самого пункта назначения. Мне повезло, взял меня водитель попутчиком, поехали. Деревня и в самом деле находилась у «черта на куличках» глухомань одним словом, да мне цивилизация и ни к чему, в городе надоела. При въезде в деревню обратил я внимании, что у обочины на бревнышке сидит мальчонка, лет шести, и по грязному лицу кулачком слезы размазывает, у меня аж сердце защемило, такое горе на этом детском личике написано было. Спрашиваю у водителя об этом мальце, он мне и рассказал: дня два назад мать его похоронили, которая скоропостижно скончалась, присела на диван и замертво упала, медичка прибежала да уже поздно. Из родни у пацана осталась одна бабулька старая, да и та, какая то дальняя родственница, вот она его пока и пригрела у себя. А вчера вечером, пастух наш местный, искал коров, которые от стада отстали, да и забрел на кладбище, оно у нас за деревней в лесу. В деревню прибежал с выпученными глазами, кричит что есть мочи, что на кладбище из могилы кто-то кричит. Ему не поверили сначала, тот еще пьянчужка и трепач, но он так убедительно боялся, что решили утром посмотреть, ночью то, как-то страшновато. Утром сходили и ничего не услышали. А мальчонка как сдурел, в рев: раскопайте мамку она там живая. А как раскопаешь без разрешения? Да и что сказать, пастуху что-то по пьянке почудилось, засмеют, а то и еще чего похуже. Вот и уговорили мальчишку, что приедет большой начальник и разрешит его мамку раскопать. Видно с утра и сидит, ждет. Доехали мы до деревенского магазинчика, водитель стал хлеб разгружать, а я по сторонам осматриваться, к кому бы на постой попроситься. Подбегает тут тот самый мальчишка ко мне и, цепляясь ручонками за мои ноги спрашивает: дяденька, вы большой начальник, вы мою мамку выкопаете? А сам снизу вверх на меня заглядывает. Посмотрел я, Гена, в эти глазенки, а там столько муки и страдания, у меня аж в душе все перевернулось. Тут и народ собрался, в основном всё бабы, мужики то в поле, кто, что говорить начал. В общем, не смог я все так просто оставить, зацепили меня эти глазенки за живое. И народ подключился, нашли бригадира, с той же самой хлебовозкой поехали снова в райцентр, с горем пополам участкового уговорили на раскопку могилы, короче, когда вернулись, уже дело к вечеру было. Собрались мужики и во главе с участковым приступили к раскопкам. Мальчишка тут же крутится, я сказал, чтоб увели его, мало ли что увидит, да где там, он такую истерику устроил, что отступились. Когда могилу раскопали, гроб вытащили, крышку сбили, у всех присутствующих волосы дыбом встали, все бабы в рев. В гробу на животе лежала женщина, когда ее перевернули, предстала такая картина: платье на ней все разодрано, глаза широко раскрыты, рот как бы в крике открыт, руки все искусаны. Переполох страшный был. Оказалось потом, что и не смерть вовсе у нее наступила, а заснула она летаргическим сном, да медичка местная определить не смогла, а в райцентр не повезли, продержали три дня дома как положено и похоронили. Видать очнулась она бедолага в гробу когда воздуху хватать не стало и стала на помощь звать, да не получила той самой помощи из-за человеческой глупости и страха. Умерла мучительной смертью. Там потом разбирательство было, уголовное дело вроде как возбуждали, да что толку то, человека уже не вернуть. А я через день уехал, какая уж там охота. Вот такую я историю вспомнила, да если честно никогда и не забывала. Тот ужас от рассказа накрепко засел в моей детской головенке. До сих пор считаю, что кремация тела намного гуманней, чем закопают на глубине 2,5 метров и оставят, а там темно и холодно. Жуть просто!
