Роль Хмельницкого в присоединении «Украины» к России была настолько раздута, а версия столько раз повторена, что стала просто догмой. Из биографии Богдана даже убирают отдельные моменты, к примеру, участие в Смоленской компании. Под Смоленском он рубил в капусту русских так успешно, что получил благодарность круля и именную богатую саблю.
С чего бы «Хмелю» любить Россию? Полжизни провел на службе у поляков, затем болтался у запорожцев, которые также любовью к «кацапам» не страдали. Единственное, что его отличало от шляхтича – вера, он был православным. Но и здесь оплошка. Первоначально центр находился в Киеве, а не в Москве. И для украинского, вернее южнорусского духовенства подчиняться «новой» власти не было никакого резона. Вот если б «как по старине заведено», тогда другое дело. Но на это не пошла бы уже Москва.
Причина ситуативного решения (созвать Раду в Переяславле) – казаки Хмельницкого проиграли свою войну. Почему проиграли? Так Богдан не планировал восстания. Так легли карты. Первоначально это была сложная игра по договоренности с польским крулем.
Тот хотел пиками реестровиков загнать шляхту под лавку и стать, наконец, нормальным монархом, а не свадебным генералом. Проблема в том, что он умер в ходе «восстания», чем подставил Хмеля, говорившего «Король – отец, Речь Посполитая – мать, а воюю я со шляхтой». Пришлось «переобуваться» на лету и писать Алексею Михайловичу. Примите, мол, братья по вере и крови мы.