Гениальности и изобретательности японских инженеров можно только позавидовать, даже если речь идет о событиях 400-летней давности.
Сегодня фокус нашего внимания сместится с живописи на архитектуру, о которой мы давно не говорили. В частности – о дворцовом комплексе Нидзё, возведенном в 17 веке в качестве резиденции императорской династии Тогукава.
Нидзё также именуют замком, так как он хорошо укреплен, а помимо дворцовых и хозяйственных построек в комплекс входит несколько садов, его центральное строение — дворец Ниномару. Общая площадь резиденции около 275 000 м², из которых 8000 м² занимают именно здания.
Киото в 17 веке был столицей японского государства, а значит Нидзё являлся центральным объектом и в политическом, и в культурном смысле. Строительство замка было начато по приказу сёгуна Токугавы Иэясу в 1601 году и закончено к 1626 году.
Главная особенность императорского замка – ныне известные «поющие полы» или «соловьиные полы». Что это за понятие?
Японские плотники придумали эту систему почти 400 лет назад, и она до сих пор вызывает изумление. Конструкция пола в замке была такова: половицы крепились к балкам специальными металлическими скобами, каждая из которых имела по два отверстия. Через отверстия проходил металлический шип, поэтому, при нажатии на половицу скобы перемещались, издавая специфический звук, похожий на птичье щебетание.
Причем, чем слабее нажим, тем насыщеннее и отчетливее получался звук, благодаря чувствительной древесине – японскому кипарису. Пройти по такому полу незамеченным было практически невозможно.
В дневное время пол в замке служил неким видом досуга, экзотическим музыкальным инструментом. В ночное время он был гарантией того, что в замке не затаился враг. Ведший в покои императора, такой инженерный замысел помогал вычислить, находится ли кто-то поблизости от сёгуна, а также быстро обнаружить и настигнуть недоброжелателя.
В японской философии есть много удивительных понятий, связанных с ощущением мира вокруг. Несмотря на высокую духовность, они тщательно хранят материальную составляющую этого мира. Выстраивают «отношения» с вещами и предметами, даже самыми обыденными.