Императорская Россия с гордостью вступила в Первую мировую войну. Однако война обернулась катастрофой для страны и династии Романовых. К 1917 году, потеряв миллионы убитыми, страна дрогнула. В Петрограде народ устраивал голодные бунты, студенты присоединялись к бастующим рабочим, а вызванные для наведения порядка войска сами поднимали мятеж.
Царю, лично командовавшему армией, поставили ультиматум – отречение. За себя и своего больного сына он отказался от трона. В этот день Николай сделал запись в дневнике: «Кругом измена, трусость и обман!» Временное правительство немедленно поместило семью бывшего императора под домашний арест в Царском селе.
Если не считать унижения, вызванного почти постоянным наблюдением, семья практически не испытывала лишений в течение месяцев заключения. Освободившись от бремени власти, бывший царь колол дрова, сажал огород, катал детей на лодке или гулял с ними по паркам, а по вечерам читал семье вслух.
Временное правительство, побоявшись, что восстанут сторонники монархии, отправило семью в сибирский Тобольск. В 1918 году к власти пришел В.И. Ленин, перед которым стояло много проблем, в том числе – что делать с бывшим царем, ставшим теперь его пленником. Когда Белая армия стала продвигаться к Тобольску, Ленин приказал перевезти царскую семью в Екатеринбург.
Большевики реквизировали для Николая и его семьи двухэтажную резиденцию инженера Ипатьева, дав ей зловещее название «Дом особого назначения». Дом, отгороженный от чужих взглядов высоким забором и выбеленными окнами, через которые нельзя было ни заглянуть внутрь, ни выглянуть наружу, постоянно находился под усиленной охраной отряда местных большевиков.
Члены царской семьи и слуги ели два раза в день из общего котла. Великих княжон охранники сопровождали даже в туалет, стены которого были изгажены непристойными карикатурами, изображавшими их мать в объятиях Распутина.
Протесты Николая против такого унижения вызывали агрессию и усиливали давление на арестантов.
К этому времени Алексей настолько ослаб, что отцу приходилось выносить его на прогулки на руках или кресле-каталке.
В начале июля 1918 года прежнего командира сменил Яков Юровский. «Этот тип нам нравится меньше всех», - написал Николай. Через пару дней из Москвы прибыл курьер с приказом не допустить, чтобы бывший царь попал в руки белых солдат. Промонархисткая армия, к которой присоединился 40-тысячный чешский корпус, неуклонно продвигался к Екатеринбургу. (Конец I части)