Когда наступило время уходить на пенсию, я подумала: «Буду жить для себя! Внукам больше внимания буду уделять, начну к маме чаще ездить». На внуков у меня всегда времени не хватало.
Однако вышло все по-другому
Моей маме в то время исполнилось 84 года. Жила она в деревне, одна. Отец умер уже давно. Неожиданно в этот год у мамы случился инсульт.
Ее откачали, однако она осталась прикованной к постели и к тому же еще потеряла речь. У нее семеро детей, я старшая, да еще ушла на пенсию.
На семейном совете решили, что я на время перееду из города в деревню, нужно было ухаживать за мамой.
Решено сделано, переехала и стала жить у мамы в деревне. Я подумать не могла, что это решение изменит всю мою жизнь.
Мама не ходила, не разговаривала, да еще и писать не умела, в школе она не обучилась.
Многие бабушки в деревне письмо не знают. Мне было очень тяжело, я не понимала, что ей нужно, что на хочет, что у нее болит. Умела бы писать, написала бы.
Морально и физически я очень сильно уставала
В мыслях моих не было, что это продлится так долго, что мама проживёт после инсульта столько лет.
Муж на каждые выходные приезжал в деревню. Он еще работал на заводе. Через год он тоже ушел на пенсию и переехал в деревню.
Домик у мамы был старенький, сараи развалились, баню нужно было ремонтировать. Дорожки до бани обустроить для езды на инвалидной коляске, так как маму нужно было где-то мыть.
Постепенно мы начали обустраиваться. Купили корову, чтобы свое молоко было, летом покупали уток и гусей, чтобы свое мясо было.
Сажали картошку, овощи. Братья и сестры по осени приезжали, намекали, что мы пользуемся деньгами мамы. И я раздавала всем деревенское мясо, молоко, творог, яйца.
Муж мой очень любит поворчать. Каждый раз, когда уезжали от нас родные, он бубнил:
- Ну что ты все раздаешь и раздаешь, мы обязаны что ли содержать их? Пусть приезжают, живут у мамы, ухаживают за ней, скотиной обзаведутся, кто им мешает?
Она тебя только родила что ли, у нее кроме тебя еще шесть детей. Почему ты одна должна страдать? Совести у них нет!
- Ну они же все работают, вот уйдут на пенсию, приедут, и мы с тобой уедем. А в деревню они приезжают к своей маме, нам хотят помочь, - успокаивала я его.
- Помочь? Да объедать нас они приезжают, вон, машины как оседают от груза, когда они уезжают!
Прошло долгих 11 лет. Мама все еще жива, лежит. За эти годы две сестры ушли на пенсию, два брата. Но вот в деревню ехать никто не хочет, привычный уклад жизни менять не хотят.
- Ты Татьяна уже привыкла, да и мама долго не проживет, не будем уж менять ничего.
Да, мы с мужем привыкли. За эти 11 лет мы построили новую баню, отстроили новые сараи, сделали капитальный ремонт дома. Установили душевую и туалет.
Корову мы продали, тяжело стало держать ее, ноги болят, но мы купили козочку. Нам троим хватает. Кур держим, но гусей и уток больше не покупаем. Да и картошку сажаем меньше.
Так и мы вместе с мамой и состарились, ей скоро стукнет 95 лет.
А внуки мои выросли без меня.
Сколько лет жизни отвел бог для моей мамы, столько пусть и проживет, я всегда буду рядом.
Мою родню муж Саша отвадил от нас:
- Как же вы меня достали! Приезжаете сюда на все готовое, только жрете и пьете. Мне надоело молчать, я так много прошу? Я прошу только одного – хватит нас объедать, перестаньте! Я похож на миллионера, который должен вас всех кормить?! - прокричал Саша и хлопнул дверью холодильника.
- Ну вот, теперь ты и моих детей попрекаешь куском хлеба, - спокойно сказала спокойно сестра Татьяны и обратилась к моей жене: