Добрый вечер.
Зачем Запад ведет против России информационную войну? Когда и почему это война началась? И почему после 24 февраля эта война приобрела характер нездоровой истерии?
Правильный ответ: потому что в голове западного человека прочно сидит подсознательный страх перед русским вторжением (оно же монгольское или гуннское). Это очень древний страх. Его корни уходят в IV век, когда войско гуннского царя Баламбера разбило осевших веком ранее в Причерноморье готов. Причем важную роль в разгроме готского государства (т. н. «царства Германариха») сыграли местные сепаратисты — славяне (анты), вставшие на сторону гуннов. Готский король подавил славянский мятеж, распяв вождя антов Божа, его сыновей и старейшин. Гунны, узнав об этом, совершенно справедливо возмутились нарушением прав национальных меньшинств и не оставили от готского государства камня на камне (археологически готам соответствует очевидно выжженная напалмом черняховская культура). Недораспятые славянские сепаратисты, по-видимому, присоединились к гуннам и начали бить готов. Готы побежали к римским границам, где беженцев со скрипом, но приняли. Однако, прогнившие римские бюрократы тупо украли всю гуманитарку. Тогда готы подняли мятеж и разбили римлян под Адрианополем (378) и в конечном счете захватили и разграбили сам Рим (410).
Готы были, впрочем, союзники, федераты, беженцы, а не геополитические противники. Главным врагом Рима в V веке была именно гунно-славяно-булгарская конфедерация («держава Аттилы»), и вот почему. Ключевым фактором в Средневековье (которое обычно отсчитывают как раз с V столетия) была религия. Готы и вандалы приняли христианство, в арианском, правда, варианте, а вот гунны и славяне были закоренелыми язычниками, поклонявшимися вечному синему небу и богу молний. У христианизированной позднеримской интеллигенции эти верования вызывали ужас. Тексты христианских авторов того времени полны штампами, которые мы невольно повторяем до сих пор: «полчища язычников», «бич божий» и т. д. Был, например, такой языческий вождь, Радагайс (судя по имени, славянин или вандал), в 405 году вторгшийся в Италию. Радагайс, якобы, пообещал «выпить всю кровь римского народа в честь своих богов», — так писала римская «пресса» V века. В общем, крики, истерика, апокалипсис, конь бледный, мы все умрем, — типичные апокалиптические шаблоны. Вот из этих христианских пугалок и вырос-то в итоге современный западный страх.
В действительности этот ужас преувеличен. «Держава Аттилы» была очень слабой, хлипкой и развалилась после битвы на Каталаунских полях (451). Эта битва многим известна, во-первых, по пьесе Шварца, где Дракон (аллегория фашизма) рождается из крови павших на Каталаунских полях, а, во-вторых, по Пеленнорской битве у Толкина, типичного в этом смысле католика и западного мифотворца, столкнувшего прекрасные народы Запада с ужасными варварами и t.me/oper_goblin’ами с Востока. Также нельзя не вспомнить знаменитое стихотворение Блока «Скифы». Блок как бы полемизирует с Толкином и творит миф прогуннский, антизападный, панмонголистский: уважаемый Запад, мол, примиритесь с нами, а не то мы спустим с цепи наших свирепых азиатских друзей и «широко откроем ворота на Восток». Блок был, напомню, выпускник историко-филологического факультета СПбГУ и хорошо рубил в теме. «Скифами» в VI веке греки называли славяно-булгарскую солянку, оставшуюся после падения «державы Аттилы» (к историческим скифам, которых сарматы еще в III в. до н. э. загнали в Крым и за Дунай, этот экзоэтноним не имеет никакого отношения).
Таким образом, страх перед «вторжением гуннов» невольно преследует «Христианский мир» (т. е. Западную Европу) приблизительно 1 650 лет. Роковые события 375—455 гг заложили основу мифа, который снова и снова всплывал из глубин западного подсознания в 1241, 1759, 1813, 1918 и 1980 гг, о чем и будет рассказано далее. «Вторжение» 2022 года — всего лишь вишенка на семнадцативековом торте западнохристианской и постхристианской эсхатологии.
(Продолжение следует...)