Детство, любовь, забота. Очень много любви со стороны взрослых людей - сильных, умных, здоровых.
Мои восьмидесятые были сказкой, да и девяностые не хуже. Казалось, весь мир обращён ко мне, везде - поддержка, справедливая красота, счастье открытий. Я выросла в северном Подмосковье, вдыхая сосновый воздух волжских просторов: летом подолгу просиживала в благодатных ягодниках, ещё до школы приняла душою грибы, травы, деревья, водоёмы во всём их многообразии.
Родители привлекали для нашего "лицейского" класса лучших педагогов наукограда. Я любила учиться, меня во всём поддерживала семья. Среди прочего, довелось слегка заниматься музыкой: это получалось заведомо лучше других дел, но некому было обратить на то внимание.
Касательно уровня, я топталась на месте - при высококлассных наставниках, успевших до того "запустить на орбиту" многих музыкантов. Не ведала требований к настоящему профи, не могла оценить ситуацию. Сочиняла милые подражательные пьески, которым искренне радовалось лояльное окружение. До поры до времени, не нашлось на меня адекватного критика, что отправил бы пахать в поте лица, указав беспечной провинциальной девчонке-отличнице на её реальное место в мире.
Как именно я оказалась в музыкантской специальности - до конца понять не могу. Сработали природные данные и воля случая, но вовсе не крепкая выучка: таковой в моём детстве не случилось. Был в 14 лет порыв - показаться в консерваторском училище; было спонтанное, горячее содействие отца, а вскоре я просто попала в хорошие руки, и мне объяснили доходчиво: "Надо". Вся дальнейшая моя учёба была сопряжена с преодолением комплексов недоучки-дилетанта - весьма успешным, а местами даже и триумфальным, но при этом чрезвычайно болезненным.
Избрав теоретическое отделение, помышляя об авторстве, я не знала элементарных "правил приличия" в нотной графике, метроритме, разрешении интервалов и аккордов - всё делала по наитию, ведОмая цепким слухом. Несравненная Валерия Владимировна Базарнова, под началом которой я впоследствии проработала долгие годы, - некогда увидела перспективу, спокойно приняв мою "дремучесть", посмотрев на вещи шире. Настояла на скорейшем поступлении в "Мерзляковку": так закрутилась гармоничная история учительского созидания. Я была благодарной студенткой.
Заранее вышколенные однокурсники подтрунивали, по инерции ("И где ж ты такая училась? Играть-то хоть умеешь? А септиму вы там всегда в октаву разрешали?"), пока не нашли себя далеко позади меня в спецпредметах. Невосполнимым остался лишь детский мой дефицит пианизма - если взглянуть на проблему сугубо критически. И это очень серьёзно. Это целый пласт представлений о качестве. Это острейшая необходимость для музыковеда, претендующего на активную публичность.
Я продолжаю работать над проблемой до сих пор - и, разумеется, не остановлюсь. Более того: несмотря на регулярное консерваторское образование, я "учусь заново" вместе со старшей дочкой, которой нынче пошёл 12-й год. Учусь, впитывая информацию на Нининых фортепианных занятиях и выступлениях. Уже после 40, пристально задумалась о выборе инструментов и о качестве звука. Боготворю педагога, которая беспрецедентно честна с нами.
Да, именно: удивляйтесь. Такова самоидентификация преподавателя системы СПО, вырастившей лауреатов всероссийских конкурсов, подготовившей многих и многих к успешному поступлению в МГК, не ведающей простоя и тянущей нешуточную педнагрузку.
Мои дети, коих четверо, возрастают в столичных реалиях. Их музыкальное образование, поддержанное моей режимной трактовкой, систематично и элитарно. Их детство приходится на совершенно иную эпоху, в сравнении с блаженной подмосковной сказкой их мамы за 30-40 лет до того.
Нынче обречён на провал всяк учившийся и учащийся спустя рукава. Конкуренция набирает обороты: природные способности без тщательной "огранки" никому не интересны, смешны, жалки в контексте профессиональных претензий. И, думается, это правильно.
Но... Могу ли я дать дочке и сыновьям столько же любви, спокойного тепла, моральной поддержки и радостных эмоций, сколько смогли обеспечить мне и братьям мои родители? Не уверена. Вот совсем не уверена.
Наши дни расписаны по минутам, механистически "упакованы" событиями, исчерчены "сеткой" графика - всё плотнее, всё интенсивнее, всё беспощаднее.
И не рассказывайте мне, что можно по-другому. В наши дни - нельзя. Как вариант - жертвы, потери. Лично для меня - недопустимые.
Не правда ли, оно жёсткое - детство нового образца?