Прошлую свою статью о неправильных катарах и необходимости наведения режима единственно (по мнению папского престола) правильной трактовки Евангелия в отдельно взятом Лангедоке я закончила на создании сasus belli, путем принесения в жертву фигуры папского легата Пьера де Кастельно, который пал первой жертвой собственного проклятия, адресованного сиру Раймонду Шестому, графу Тулузы.
И святой престол этим казусом воспользовался, объявив самый настоящий крестовый поход. И никто из рьяно на него собиравшихся не обращал особого внимания на то, что нести свет истины на этот раз собираются не сарацинам, и никакой речи о гробе Господнем не идет - а походом собрались в земли вполне себе христианские, но до неприличия богатые.
Но надо понимать, что в те давние времена такой нации как французы еще просто не сформировалось - все графства и герцогства жили сами по себе, и житель Бретани вряд ли понял бы без подготовки, что хочет сказать ему житель Лангедока, ибо в Лангедоке говорили на языке "ок" (окситанском), и то, что в тогдашнем Париже "да" - это oil (уи), то в Провансе - ос (ок).
Так что это мы сейчас можем удивляться - как же так? А тогда подобное было делом привычным, тем более, что добрый король Франции и святой папа обещали участникам данного мероприятия множество приятных бонусов по результатам компании в виде земель "неправильных" феодалов. А если у тебя замок сырой, а виноград кисловат, то желание прогуляться за более уютной жилплощадью, вином послаще и собственным оливковым маслом окрыляет гораздо сильнее, чем убежденность в истинности собственных убеждений. Тем более, что слухи о том, какие богатые у этих недостаточно благочестивых города, и сколько симпатичного добра собрано в замках подогревало рвение крестоносцев гораздо сильнее, чем сейчас - заголовки в прессе. Добыча - вот что греет душу воина во время карантена, потому что, как известно, карантеном (призыв на военную службу вассала во время какой-нибудь компании, проводившейся сюзереном) вассал обязан королю, как земля колхозу, и поэтому все военные траты, убытки и печали ложатся на вассала, а вассалу очень не хочется остаться в накладе.
Поэтому, в предвкушении славной добычи, подогреваемые в рвении словом пастырским, крестоносцы хлынули в сторону благодатного юга. Первым "призом" на их пути стал богатый город Безье - доблестные воители осадили его 22 июля 1209 года и потребовали от властей выдать всех катаров, коих было 222 человека (они, как противники всякой лжи, сами назвались на городском сходе). 222 из 14000 жителей. Но жители понимали, что обещания веселой северной братии можно делить на 99, можно делить на 999 и одними катарами дело не обойдется - война уже пришла на порог и позор выдачи достойнейших граждан к ней никак не хотелось присовокуплять. Да и сам Безье был весьма укрепленным городом с высокими стенами, способным выдержать осаду армии получше, чем собралась под его стенами, ибо наводить святость отправились не только рыцари в сияющих доспехах, но и всякая разбойная братия, одетая во что ни попадя и вооруженная как попало.
Безье был взят штурмом, и пал не в результате разрушения стен, предательства или беспримерной ярости осаждавших, но в результате нелепой бравады его жителей, увидевших под стенами толпу оборванных разбойников, и вышедших их слегка подразнить. Как говорится "Не хвались, едучи на рать."
Если верить хронистам, от 14000 населявших едва ли осталось 30 человек живыми, потому что после штурма в городе случился пожар, а тушить его победителям было недосуг - они спасали свою законную добычу...
Тогда и шагнул в историю Арно Амори (или Арнольд Амальрик), аббат Сито обители ордена цистерцианцев, в ответ на вопрос одного из рыцарей о том, по какому признаку отличить доброго католика от нераскаянного еретика: «Caedite eos. Novit enim Dominus qui sunt eius!.. или У***те всех. Господь распознает своих».
Хронист Жерве из Тильбери приводит несколько более развернутый вариант аргументации:
... ничто не может быть более радостно Богу, чем это уб**ство, потому как Бог сам своим судом отделит еретиков от верных. А если верные в тех местах и не поддались ереси, то они все равно согрешили терпимостью к еретикам, и потому их следовало ликвидировать и предоставить разбираться Богу
После чего почтенный аббат писал папе Иннокетию Третьему: «ни возраст, ни пол, ни положение не брались нами в расчет, и почти двадцать тысяч были уничтожены», а хронист Гийом де Тудела замечал: "потому-то мне и неудивительно, что все они были уничтожены, поскольку без насилия не удалось бы остальных обратить к добру."
Аргументация, надо сказать, двойных толкований не допускающая..
Святой человек из обители Сито 12 марта 1212 года Амори был избран архиепископом Нарбонны и сразу же о своих претензиях еще и на светскую власть как графа Нарбонны и даже флаг над резиденцией поднял, не дожидаясь королевского решения.
Однако у Симона де Монфора, еще одного "героя" Альбигойских походов было несколько иное мнение на этот счет - и, когда в январе 1216 Амори потребовал от горожан Нарбонны вассальной присяги, претендуя на власть, равную власти герцога тех земель, то Симону де Монфору, который сам на неё претендовал и ею уже обладал по факту, это страшно не понравилось. Арно прибег к излюбленному методу и отлучил Монфора от церкви, в ответ на что сир Симон занял Нарбонну силой, тем более, что жители не особенно рвались защищать интересы своего епископа. Так и остались в Нарбонне две ветви власти до 1225 года, когда Амори в возрасте почтенных 65 лет отправился туда, куда до этого легко отправил жителей Безье.
Французские историки, исследовавшие деятельность этого несомненно выдающегося клирика, довольно единодушны в своем мнении насчет его личности и характеризуют данную персону как любителя интриг, замешанного во многих скандалах, более военного, нежели священника, имеющего неудержимую тягу к экстремальному насилию, жecтокocти и фaнатизмy.
О Симоне Монфоре я напишу позже, ибо сей рыцарь, его подвиги и кончина заслуживают отдельной статьи.
#история
НепоДзензурное традиционно тут:
https://vk.com/public199851025
или тут
https://old-venefica.livejournal.com/
и Телега, которая не скрипит и едет
https://t.me/joinchat/ijFlXa8yUpxmN2Qy
Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях