В прошлом году до ушей Сапармурада дошла неприятная весть.
Говорили, что Акджагюль встретила у арыка одного парня из не-
большого племени кулов, жившего в их поселке. Парень не только,
посмотрел на Акджагюль, но и посмел улыбнуться ей. Это видела ка-
кая-то старуха и сказала соседке, соседка — внуку, внук — дедушке,
дедушка — еще кому-то; так недобрая весть дошла и до Сапармура-
да, и в тот день он впервые почувствовал себя несчастным. Он уда-
рил жену, схватил прибежавшего на шум и крик сына за шиворот
и кинул к дверям, словно щенка. До полусмерти избил дочь. Но
сплетня походила но дворам два дня и затихла. Сапармурад строго
наказал жене:
— Если твоя дочь еще раз поговорит с каким-нибудь кулом, я
вас обеих живыми в землю закопаю!
Теперь при одном упоминании 0б этих кулах дрожь пробегала по
его телу, а повстречав кото-нибудь из них, он хмурил брови, отво-
рачивался и старался поскорее пройти мимо.
Кулов было семейств двадцать, они происходили от купленных
пли уведенных когда-то в полон невольников и жили особняком на
окраине поселка. Ишаны и муллы утверждали, что мусульманину
нельзя есть из одной чашки с кулом. Можно было посещать их празд-
ники, участвовать в похоронах. Но если кто-нибудь захотел бы по-
родниться с кулом, неписаный закон обязывал убить такого вольно-
думца, а хозяйство его предать грабежу. Тяжело жилось кулам. Им
приходилось вступать в родственные браки, женить двоюродных
братьев и сестер. Но у многих не было и такой возможности; так они
и старели без жен, без своего хозяйства. Люди мельчали, племя вв
Она о дочери пугали Сапармурада. Когда он думал о